Wednesday, August 17, 2016

«Тифлис очень цивилизованный город»/ Vorontsov, Tolstoy, Dumas - about Georgia

Михаил Воронцов (1782-1856), наместник России на Кавказе во второй половине XIX века, полагал, что отношения легче и надежнее строить на культуре и образовании, чем на штыках.

В 1801 году Михаил Воронцов начал военную службу гвардейским поручиком в Преображенском полку. Через два года он по собственному желанию отправился на Кавказ в армию грузинского князя Павла Цицианова. Воевал против турок, персов. По представлению Павла Цицианова был награжден орденом святого Георгия 4-й степени.

В 1845 году обосновался в Тбилиси: император Николай I назначил Михаила Воронцова своим наместником на Кавказе.

В столицу с «азиатской культурой», как называл Пушкин Тифлис 1829 года, приходит европейская музыка – Михаил Воронцов выписывает из Италии оперную труппу. Открывается грузинский драматический театр, который по предложению царского наместника возглавил грузинский драматург Георгий Эристави. Им же была создана и постоянная артистическая труппа.

Во времена Воронцова была создана публичная библиотека, стала выходить газета «Кавказ», открылись Кавказское общество сельского хозяйства, Кавказский отдел Русского географического общества, были основаны Женские учебные заведения святой Нино.
В регионах заработали начальные школы, которые открыли местной молодежи путь к получению высшего образования в России. Наместник царя был лояльно настроен к грузинскому языку и каждого негрузинского чиновника Канцелярии призывал изучать его. В письме Григолу Орбелиани он отметил: «Множество предметов обучения будут как на русском, так и на местном языке. Каждый русский должен владеть обоими местными языками».

«Князь чрезвычайно заботился о разведении полезных растений, усовершенствовании виноделия и лучших способах обработки земли и извлечения доходов от плодородной почвы Кавказа, – пишет в своих воспоминаниях адъютант Михаила Воронцова Александр Дондуков-Корсаков. – В Тифлисе была заведена образцовая ферма. Князь снабжал всех желающих виноградными крымскими лозами из своих садов и вообще его чрезвычайно занимали и служили ему развлечением успехи в крае той или другой отрасли садоводства…»

После девяти лет службы на Кавказе Михаил Воронцов в возрасте 72 лет покинул Тбилиси, переселился в Одессу, где и скончался спустя два года. «Он покидал Кавказ уже очень больным, – писала в 1856 году газета "Кавказ", – но весть о его кончине поразила и опечалила весь Тифлис. Трогательное и неподдельное горе, как будто потеряли родного».

В знак благодарности грузинского народа Михаилу Воронцову был сооружен памятник. Трехметровый бронзовый монумент Светлейшему князю установили на левом берегу реки Куры по желанию тифлисцев и, в основном, на собранные ими средства. Император выделил на памятник 5 тысяч рублей, а тифлисцы пожертвовали более 36 тысяч рублей.
Церемония открытия памятника состоялась 25 марта 1867 года – в день 22-й годовщины прибытия Михаила Воронцова в Тифлис царским наместником.

Спустя 55 лет, в 1922 году после установления советской власти в Грузии большевики разрушили памятник Михаилу Воронцову, а площадь, носившая имя Светлейшего князя, стала площадью Карла Маркса. В начале 1990-х годов площадь переименовали в Саарбрюкенскую, в честь города-побратима Тбилиси.

Нет-нет, да услышишь сегодня в Тбилиси, что памятник Михаилу Воронцову следовало бы воссоздать.
Однако с исчезновением памятника в людской памяти не исчезло имя «самого порядочного русского из всех, кто когда-либо служил в Тбилиси» – так до сих пор говорят в Грузии о царском наместнике. Каждодневно сотни раз разносится над Курой имя Светлейшего князя, но с грузинским акцентом, «Варанцови». На указателях маршруток на лобовом стекле вместо «Саарбрюкенская площадь – вокзал» выведены слова «Варанцови – вагзали». Недавно на берегу реки открылось кафе «У Варанцова»…

источник


* * *
«Как я сюда попал? Не знаю. Зачем? Тоже». Так начинает свой дневник (30 мая 1851 года) Лев Николаевич Толстой, очутившись на Кавказе, куда он приехал после того, как принял решение сопровождать своего брата, подпоручика Николая Николаевича Толстого, к месту его службы.

Столица Грузии произвела на Толстого хорошее впечатление. Вот что он писал в письме к Т.А. Ергольской:
«Тифлис очень цивилизованный город, очень подражающий Петербургу, и это ему удается. Избранное многолюдное общество. Есть русский театр и итальянская опера, которыми я пользуюсь настолько, насколько мне позволяют мои скудные средства. Я живу в немецкой колонии, это предместье, но оно представляет для меня две большие выгоды. Во-первых, это прелестное местечко, окруженное садами и виноградниками, так что здесь чувствуешь себя более в деревне, чем в городе. (Здесь еще очень жарко и ясно, не было ни снега, ни мороза до сих пор). Второе преимущество это то, я плачу здесь за две довольно чистые комнаты пять рублей серебром в месяц, тогда как в городе нельзя бы было нанять такую квартиру меньше, чем за 40 р. сер. в месяц. Сверх того, у меня бесплатная практика немецкого языка, у меня есть книги, занятия и досуг, потому что никто не приходит беспокоить меня, так что в общем я не скучаю.

…Что же касается моих дальнейших планов, то ежели я не поступлю на военную службу, я постараюсь устроиться на гражданскую, но здесь, а не в России, чтобы не говорили, что я баклуши бью. Во всяком случае, я никогда не буду раскаиваться, что приехал на Кавказ…»

Лев Николаевич прожил в Тифлисе чуть более двух месяцев.

источник

* * *
Заметки Александра Дюма, составившие книгу «Кавказ» (1858), впервые наиболее обстоятельно познакомили зарубежных читателей с историей и географией Грузии, бытом и нравами грузин.

«В настоящее время в Тифлисе насчитывается от шестидесяти до семидесяти пяти тысяч жителей; улицы его в шестьдесят футов шириной: тут великолепные здания, площади, караван-сараи, базары и, наконец, театр и церковь, которые, благодаря деятельности князя Гагарина превратились в самые изящные произведения искусства.

…Караван-сарай представляет интересное зрелище. Через его ворота входят и выходят с верблюдами, лошадьми и ослами представители всех наций Востока: турки, армяне, персияне, арабы, индийцы, китайцы, калмыки, туркмены, татары, черкесы, грузины, мингрельцы, сибиряки и бог знает кто еще! У каждого свой тип, свой костюм, свое оружие, свой характер, своя физиономия и, особенно, свой головной убор – предмет, который менее всего затрагивает изменения моды».

К базару сходится сеть торговых улиц, каждая из которых имеет специализацию. «…Я назвал бы их порознь улицей серебряников, улицей скорняков, улицей оружейников, овощников, медников, портных, сапожников, мастеров по изготовлению папах и туфель, – пишет Дюма. – Особенность тифлисской туземной торговли, – так я называю торговлю татарскую, армянскую, персидскую, грузинскую, – заключается в том, что сапожник не шьет башмаков, башмачник не делает туфель, туфельщик не шьет папахи, а мастер папушник производит одни только папушки. Кроме того, сапожник, выделывающий грузинские сапоги, не шьет черкесских. Почти для каждой части одежды каждого народа существует своя промышленность. Таким образом, если вы хотите заказать шашку, сперва достаньте клинок, заказывайте рукоятку и ножны, покупайте для них кожу или сафьян, наконец, делайте серебряную оправу для рукоятки; и все это отдельно, все это у разных торговцев, для чего надо ходить из магазина в магазин.
Восток решил великую торговую проблему запрещения посредничества; без сомнения это дешевле, но эта экономия существует только в стране, где время не имеет никакой цены. Американец не дожил бы от нетерпения даже до конца первой недели своего пребывания в Тифлисе.
Внешняя сторона всех лавок открыта, купцы работают на виду у прохожих. Мастера, которые бы таили секреты какого-либо искусства, были бы очень несчастны на Востоке.
Нет ничего любопытнее, чем путешествовать по этим улицам: чужеземцу это не надоедает. Я ходил туда почти ежедневно».

«– Какого вы мнения о грузинах? – спросил я барона Фино, нашего консула в Тифлисе, проживающего среди них уже три года.
Это народ без недостатков, со всеми добрыми качествами, – отвечал он.
Каково сие похвальное слово в устах француза, порицающего, как это сплошь и рядом бывает, все чужое и предпочитающего себя всем, как и все мы!»

В Грузии «выделываются вина, не уступающие кизлярскому и могущие соперничать с французским, если бы только жители умели настаивать их как следует и особенно сохранять. Вино держится в козьих или буйволиных бурдюках, которые дают ему вкус, как говорят, очень ценимый знатоками, но который я нахожу отвратительным.
Вино же, не вливаемое в бюрдюки, сохраняется в огромных кувшинах, зарываемых в землю, вроде в подражание арабам, которые держат пшеницу в ямах. Рассказывают, что под ногами одного русского драгуна провалилась земля, и он упал в кувшин, где и утонул, как Кларенс в бочке мальвазии». [Кларенс, младший брат английского короля Эдуарда IV был приговорен к смертной казни и король предложил брату самому выбрать род смерти: виселицу, гильотину, расстрел… И Кларенс попросил утопить себя в бочке со сладким итальянским вином – мальвазией].

источник

см. также: Дюма и Грузия

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...