Thursday, July 14, 2016

Первый взгляд / Philip Larkin - First Sight (1956)

Вот, впрочем, для контраста редкое у Ларкина «оптимистическое» стихотворение, тоже довольно раннее, 1956 года. Earth’s immeasurable surprise воспринимается как окружающее нас «что-то», таинственное и прекрасное. Мы о нем не знаем, но оно уже есть. Опять же, символизм времен года здесь очевиден и традиционен — он другим вряд ли и может быть, все-таки это очень глубоко укорененные в нас символы. Конечно, стихотворение ко всему этому не сводится, но это в нем тоже есть.

Переведем как «Первый взгляд»:

(Ягнята, которые учатся ходить по снегу,
когда их блеяние облачками поднимается в воздухе,
встречают полную непрошенность,
не знают ничего, кроме бессолнечного сияния.
Ново-оступающиеся,
всё, что они находят за загоном,
это жалкая ширь холода.

Когда они ждут, прижавшись к овце,
чей мех спекся в мокрые катышки,
вокруг лежит, запрятанное, тоже ждущая,
безмерное удивление, сюрприз Земли.
Они не смогли бы осознать этого, если бы узнали,
что здесь так скоро пробудится и начнет расти,
совсем непохожее на снег).

*
Георгий Борисович Яропольский [(1958—2015) — российский поэт и переводчик]:

Что до «содержания», то, в общем-то, я не усматриваю здесь какого-либо особого «оптимизма», явного «позитивного поворота».
Скорее, здесь присутствует именно то видение, что очень характерно для поэтики Ларкина: давать сначала четкую (и довольно неприглядную) картинку, а потом как бы удаляться от нее, меняя ракурс, подавая ее уже через призму воздушного, небесного (или, как в данном случае, скорого будущего). Мне кажется, романтизм у Ларкина не исчезал, но лишь удивительным образом обострялся благодаря тому, что он смело вводил в свои стихи самые откровенные прозаизмы (ту же «свалявшаяся шерсть», к примеру).

Первый взгляд (1956)

Снег разрыхляя робкими шажками
и блеяньем взметая к небу пар,
себя ягнята числят чужаками
средь блеска, где невидим солнца шар.
Перебирая шаткими ногами,
не чают за оградой ничего,
лишь холодов шальное торжество.

К овце, чья шерсть свалялась, жмутся в горе,
кормежки ждут, — а рядом и вдали,
таясь, лежит, с их ожиданьем в створе,
сюрприз безмерный дремлющей земли.
Откуда знать им, что за чудо вскоре
очнется здесь и в буйный рост пойдет,
обратное тому, что снег и лед?

[...] Изначальный тезис о двусмысленности фразы «поэзия не переводится» [см. статью] следует отменить: она таки переводится, но не переводится в единственном смысле — «не иссякает». Как не иссякают и ее переводы. Жаль, что не удалось поговорить и о многих других любимых стихотворениях, но у Ларкина их насчитывают 224, а значит, и разговорам о них еще длиться и длиться, правда? И хочется верить, что вскоре уже не придется сетовать на то, что Ларкин в России почти неизвестен.

отрывки; источник

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...