Sunday, March 01, 2015

мир, помешанный на гиперреальности; «моральные люди — верующие люди»?/ colta, misc

Кирилл Кобрин:
2014 год открыл новую эру, эпоху показательного конвейерного обезглавливания. Хитроумные изверги, относительно недавно захватившие часть территории Сирии и Ирака, пустили в оборот жанр серийного видео, на котором они отрезают голову очередному западному заложнику. Видео можно было бы назвать постановочным, не будь на нем изображен чудовищный факт настоящего убийства. Расчет точный: западный человек у компьютера, который привык смотреть на ненастоящие ужасы в кино (значит, он видел на экране, и не раз, как человеку перепиливают горло), но почти никогда не сталкивался с крайней физической жестокостью в повседневной жизни, ужаснется, но смотреть все-таки будет. От чего ужаснется еще больше.

Уилл Селф (Will Self) в опубликованном в Guardian эссе (We Are Passive Consumers of the Pornography of Violence) заметил: страшные ролики IS есть, по сути реклама, с помощью которой исламисты заставляют Запад раскошелиться — в прямом и переносном смысле. Заложниками торгуют, это не секрет; даже если их обменивают не на деньги, а на исполнение вздорных требований, все равно это торговля. Однако главный товар в ассортименте IS — не жизни несчастных, попавшихся в их лапы, а страх публики. Исламисты пытаются материализовать метафору: не забудем, слово terror этимологически восходит к слову «ужас». Упыри хотят внушить ужас мирным людям, парализовать, сделать так, чтобы само название их банды внушало трепет. Потому они и сожгли заживо несчастного иорданца, да еще и в клетке. Символический капитал в современном мире гораздо важнее реального.

Многие, включая Уилла Селфа, считают, что перед нами явление, характерное именно для западной жизни. Дело не только в мастерском владении современной техникой — убийцы умеют снимать свои убийства, чтобы зрелище леденило кровь. Они знают, как монтировать, как и куда выкладывать онлайн, даже природные декорации и гардероб участников зловещего спектакля тщательно продуманы.

В Islamic State немало людей с западным бэкграундом [background; происхождение, биографические данные; связи, окружение (всё, что связано с жизнью человека) - Е.К.], туда едут свихнувшиеся на ненависти к жизни персонажи Достоевского, чтобы разыгрывать кровавый скандал с десятками (пока еще десятками) тысяч убитых и искалеченных. Точно такие же ехали и едут на Донбасс — в шайки фашизоидов, по недомыслию именуемых «сепаратистами» или «ополченцами».

Разговоры о «битве цивилизаций», «столкновении культур» и т.д. в таком случае бессмысленны. Вышеперечисленные персонажи находятся внутри одной «цивилизации», если мы разрешим себе использовать сомнительный термин. Мы — на Западе, только этот Запад сейчас везде — на Севере, Юге, Востоке и самóм Западе. Эпоха колониализма и деколонизации закончилась тем, что все стало метрополией и — в то же самое время — провинцией. Я не об уровне жизни или доступности благ: я об устройстве сознания людей. Перед нами мир, помешанный на гиперреальности, отчего утерявший всяческое представление о «просто реальности», реальности человеческих страданий, страхов, боли, радости, забывший о реальности здравого смысла.

Убийцы всех мастей пребывают в страстном стремлении прославиться и работают сегодня для тех, кто готов наблюдать их проделки на экране. До тех пор, конечно, наблюдать, пока сами зрители не окажутся со связанными руками, в оранжевой робе, с ножом у горла, на фоне бесконечно прекрасной пустыни. Возможность в любой момент поменяться местами с онлайн- и телеактерами определяет принадлежность большей части сегодняшнего населения Земли к тому, что очень неточно называют «западной цивилизацией». Это цивилизация потребителей, которых будоражит и пугает возможность быть потребленным.

Отрывки; источник

* * *
Как религия влияет на наш моральный выбор в фоновом режиме

Весной 2014 года Исследовательский центр Пью (Вашингтон, США) опубликовал результаты опроса 40 080 человек из 40 стран мира. Все они должны были ответить «да» или «нет» на вопрос «Нужно ли верить в Бога, чтобы быть нравственным человеком?». В таких разных странах, как США и Пакистан, под этим подписались больше половины опрошенных: в Пакистане — 98%, в США — 53%. Россия (38%) оказалась ровно посередине между США и атеистической Францией (15%). В Турции положительных ответов («да, нравственный человек обязательно верит в Бога») — целых 87%.

Для религиозного человека естественно думать, что все хорошие люди религиозны, а для атеиста — что хорошему человеку религия ни к чему.

При всем при этом социологи знают, что позицию «моральные люди — верующие люди» можно даже подкрепить цифрами. Это прежде всего касается благотворительности и волонтерства. Еще в 2006 году было сосчитано, что верующий американец делает в среднем в 3,5 раза больше, чем неверующий, пожертвований на нерелигиозные нужды (будь то спасение белых медведей или борьба с малярией в Африке). Еще американские верующие чаще помогают бездомным и чаще уступают места в метро незнакомцам.

[...] Говорить про присутствие сверхъестественного здесь и сейчас не обязательно — достаточно просто невзначай напомнить, что оно, сверхъестественное, существует. Этот метод воздействия называется «прайминг» (priming), классический пример — когда добровольцы после головоломки, где нужно составлять фразы со словами, напоминающими про старость («лекарства», «одинокий», «сентиментальный», «Флорида»), начинают чуть медленнее ходить и слегка подволакивают ноги. А после такого же упражнения со словами из смыслового поля религии («Бог», «священное», «божественное», «дух», «пророк») подопытные начинают вести себя более альтруистично в разных экономических играх. Результаты эксперимента были опубликованы в научном журнале Psychological Science под заголовком «Бог тебя видит» (God is watching you).

[...] вопрос про силу и глубину веры, которая делает возможным, скажем, оскорбление религиозных чувств, снимается сам собой. Бессмысленно требовать от верующего, пришедшего защищать свои оскорбленные чувства в суде, чтобы тот хотя бы прочел «Отче наш» наизусть в подтверждение того, что он на самом деле христианин. Чтобы в человеке проснулся самый консервативный взгляд на мораль, не нужно средневековой интенсивности религиозной жизни. Проводить дни и ночи в храме не обязательно — достаточно фонового упоминания церковных праздников по радио, календаря со святыми в переходе метро: эти несколько мелочей в режиме прайминга уже могут разбудить нетерпимость.

Отрывки; источник

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...