Wednesday, September 10, 2014

Мы живём потому, что мы разные / Yuri Lotman: We live because we are different (1990)

Мы редко встречаемся друг с другом. У нас нет культуры постоянных общений. И, несмотря на огромные технические возможности разных средств, мы, по сути дела, привыкли жить каждый внутри себя.

Нам надо научиться общему языку — это первое. Легко иметь общий язык со своими единомышленниками — ну, правда, сейчас мало, по сути дела, единомышленников, но это нетрудно. Надо научиться говорить с другими людьми, которые совершенно иначе думают. Надо научиться ценить других людей за то, что они другие, совсем не требовать, чтобы они были похожи на нас. Ведь, Боже мой, если бы мы все были одни и те же, одинаковые, мы бы просто не выжили как биологическая единица.
Мы живем потому, что мы разные. Общество человеческое держится на различии между людьми, на том, что никто сам по себе не составляет даже части истины, а все мы вместе составляем путь к ней. Если бы мы были выполнены по самым лучшим рецептам, мы бы давно вымерли. Надо научиться ценить в другом человеке другого человека и надо обеспечить ему это право — быть другим.

Мы привыкли к старой, в основе своей демократической формуле, но формуле XVIII века — о правах большинства. Большинство, бесспорно, имеет права, но каждый из нас входит в какое-то меньшинство: меньшинство больных, больных этой болезнью, в меньшинство влюбленных, в меньшинство неудачно влюбленных, в меньшинство лысых, одноглазых, слепых, несчастливых — каждый из нас обязательно входит в меньшинство, иначе он не был бы единицей, не был бы человеком, он не был бы никому нужен, и прежде всего не был бы нужен сам себе.

У нас нет культуры ценить другого человека, мы все хотим, чтобы он был такой, как я, чтобы мне легче было с ним разговаривать. Но ведь прекрасно — он будет такой, как я, и мне будет легко с ним разговаривать, но зачем мне с ним разговаривать, если он такой, как я? Он мне не нужен. Минимальная разница, какую природа дала людям,— это разница пола. Представьте, как было бы хорошо, если бы мы все были одного пола,— нет любовных драм, никто не стреляется, не вешается, нет необходимости шить мужскую и женскую одежду. Мы были бы не нужны никому!

Итак, прежде всего — уважать другого человека и давать ему возможность быть другим. Это совсем не означает, что этот другой человек будет антиобщественным. Он будет самым общественным, и весь педагогический опыт показывает, что чем менее люди уважают разницу между собой и другими, тем они менее общественны. Общество — это не набор солдат, это оркестр, где каждый инструмент ведет свою, самостоятельную мелодию. Ну, представьте себе огромный оркестр, играющий одну и ту же ноту, — зачем он нужен? Оркестр состоит в замечательном единстве разных голосов. И это первое, что мне кажется очень важным.

Мы воспитаны на нетерпимости к другому человеку, мы хотим только, чтобы нам было просто с ним общаться. Но ведь недаром говорят: простота хуже воровства. Надо уважать своеобразие, не пресекать его, начиная со школы. Ведь уже в школе люди уравниваются.

первое свойство глупого человека — он считает себя умным; первое свойство умного человека — понимать ограниченность своего ума. Надо понять ограниченность нашего ума. Надо понять, что творчество необходимо человеку, — без него не будет хлеба. Представление, что сначала хлеб, а потом творчество, — одна из распространённых ошибок. Не будет хлеба без творчества. Итак, значит, во-первых, разные люди — и одинаковые. Как язык.
Во-вторых, творчество. Из этого вытекает ещё одна особенность — терпимость. Разница между культурным и некультурным человеком может определяться несколькими способами. Но есть один практический критерий — человек сталкивается с непонятным; он может заинтересоваться или же обозлиться. Культурный человек заинтересуется, некультурный человек обозлится, раздражится. Проследите свою реакцию на такую ситуацию: я вхожу в комнату, там сидят люди и говорят на непонятном мне языке. Что я переживу? Любопытно, о чём они говорят... Или страх: они сговариваются против меня, они друг друга понимают, а я их не понимаю — я сейчас же должен вооружиться. Вот вторая реакция — это реакция некультурного человека. Он читает великого поэта и не понимает его величия. И он злится на него, и он говорит, что это обман, что все это только для того, чтобы людей надувать, а самому, не работая, пожрать.
Или же он сталкивается с идеей, слишком трудной для его понимания. «Как это я не понимаю, чтó я, дурак, что ли?» Умный человек скажет: «Да, я дурак. Мне ещё учиться и учиться». А глупый человек: «Нет, я умён. И это меня обманывают...»

Глупый человек — он вообще пуглив. Ломоносов предложил когда-то бессмертную формулу — «пугливые невежды». Невежды пугливы, подозрительны, им кажется, что весь мир в заговоре против них. И особенно они боятся людей, которых не понимают, которые чем-то не похожи на них, которые почему-то что-то там на скрипке играют... А чёрт его знает, чего он там на скрипке играет?..

Помните, у Салтыкова случай, когда доносчик сообщает о том, что потомок барина заперся в своём доме и один книжки читает. И он доносит на неблагонадёжность. Когда ему говорят, что тот, мол, никого не принимает, доносчик говорит: «А может, он промеж себя крамолу пущает?» Вот — «промеж себя крамолу пущает», поэтому мы так и боимся индивидуальностей, боимся непохожего человека: а вдруг он и вправду крамолу «пущает»...
[…]

Мы — люди. Мы на одном корабле плывём, все вместе — и хорошие, и плохие, и праведные, и грешные, и разных национальностей, и разных вер — мы все плывем на одном корабле. И нам или плыть, или тонуть. Тонуть вместе всем. И на этом корабле споры необходимы, дискуссии нужны, нужна свобода дискуссий. Запрещены — убийства! Запрещено пролитие крови, потому что тогда потонем все...

Лотман Ю.М. Мы живём потому, что мы разные / Воспитание души. СПб, «Искусство—СПб», 2003 г., с. 284—285.
Впервые: Известия. 1990. 24 февраля (источник)

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...