Wednesday, September 03, 2014

Франц Марк: Животные казались мне прекраснее и чище людей / Franz Marc (1880-1916)

Франц Мориц Вильгельм Марк (Franz Moritz Wilhelm Marc) родился 8 февраля 1880 года в Мюнхене в семье Вильгельма Марка (Wilhelm Marc), юриста и художника-любителя.

Его отец Вильгельм Марк, исполняя, очевидно, желание своих родителей, с успехом закончил юридический факультет, а затем посвятил себя пейзажной живописи. По замечанию Франца, отец его был пейзажистом «необычайно философского склада».

Кисти Вильгельма Марка принадлежит полотно, на котором изображен 15-летний Франц, занятый резьбой по дереву (вверху; ок. 1895, сейчас картина находится в Музее Франца Марка/ Franz Marc Museum).
Мать будущего художника, София, была родом из эльзасской семьи с суровыми кальвинистскими традициями; работала домашней учительницей.
Дедушки и бабушки Франца были художниками-любителями, копировали полотна известных мастеров. Их предки происходили из аристократических родов; имели друзей среди художников и литераторов.

Вообще, год 1880-й можно назвать годом живописцев, поскольку тогда родились Андрэ Дерен (André Derain; 1880-1954) — французский живописец, график, театральный декоратор;
Эрнст Людвиг Кирхнер (Ernst Ludwig Kirchner; 1880-1938) — немецкий художник-экспрессионист, график и скульптор;
Фриц Блейль (Fritz Bleyl; 1880-1966) — немецкий художник-экспрессионист и архитектор;
американский художник немецкого происхождения Ганс Хоффман (Hans Hofmann; 1880-1966), представитель абстрактного экспрессионизма,
а также Макс Кларенбах (Max Clarenbach; 1880-1952), немецкий художник, один из организаторов дюссельдорфского объединения Зондербунд.

...В детстве будущий живописец отличался застенчивостью и склонностью к мечтам и размышлениям. В семье Франца называли «маленький философ». Эти черты характера поощрял в нем старший брат Пауль (Paul Marc, 1877—1949), впоследствии известный ученый-византинист.

Оба они обучались в мюнхенской гимназии Луитпольд (Luitpold Gymnasium), которую Франц, сдав выпускные экзамены, закончил в 1899 году (годы его обучения там 1895—1899).
1899 год – Франц Марк служит в армии, в кавалерии.

В последние годы пребывания в гимназии Франц особенно увлекался философией Фридриха Ницше и музыкой Рихарда Вагнера.
Первоначально он намеревался посвятить себя изучению теологии и мечтал о стезе сельского священника (мать будущего художника была строгой кальвинисткой).
Ф. Марк. Портрет матери (1902)
Немного позднее он подумывал о занятиях философией и даже поступил в 1899 году на философский факультет Мюнхенского университета.
И лишь во время прохождения обязательной военной службы Франц Марк принял решение стать художником.

В 1900 году Марк был принят в баварскую Королевскую академию изящных искусств, где учился в течение нескольких лет под руководством академических живописцев Габриэля Хакля (Gabriel von Hackl, 1843-1926) и Вильгельма фон Дица (Albrecht Christoph Wilhelm von Diez; 1839-1907; немецкий художник-колорист, видная фигура в Академии изящных искусств).

В начале века Мюнхен был признанным художественным центром Германии. Вкусы мюнхенской публики определяла господствующая манера модного светского портретиста Франца фон Ленбаха — артистически небрежная, в темных тонах живопись. Направление символизма было представлено творчеством Франца фон Штука, последователя популярного швейцарского художника Арнольда Беклина. Штук также преподавал в Академии в годы обучения там Марка; среди его учеников были Пауль Клее и Василий Кандинский, которым позднее было суждено стать близкими друзьями Франца Марка.

В 1901 году вместе со старшим братом Паулем Франц путешествовал по Венеции, Падуе и Вероне.
1902 год – у баварского городка Кёхел (Kochel) пишет на пленэре («Торфяные мшистые хижины в Дахау», вверху).

В Академии Марк приобрел профессиональное мастерство, но система преподавания исторической живописи в традициях XIX века была ему глубоко чужда.

В 1903 году по приглашению однокашника Франц Марк посетил Париж, а также Бретань и Нормандию. На выставках и в музеях Парижа он открыл для себя импрессионистов, аскетичные формы древнего искусства из собраний Лувра и линейную декоративность японской гравюры.

Обучение в Академии давно не приносило удовлетворения. А после того, как в Париже Марк впервые увидел работы Ван Гога, Гогена, Мане – он решил бросить академию и продолжить обучение самостоятельно. Из поездки Франц привез также впечатлившие его японские ксилографии (гравюры на дереве).

В 1904 году Франц Марк, покинув стены академии, переезжает в свою первую независимую студию в Мюнхене (Каульбахштрассе, 68). В конце этого же года переезжает снова (ул. Шеллингер, 33). Пишет «Индерсдорф» (Indersdorf).
Ф. Марк. Индерсдорф (1904)
Кратковременные эпизоды его биографии — увлечение стилем модерн и сентиментальным лиризмом немецкого почвенничества — только способствовали осознанию собственных эстетических воззрений.

Ф. Марк - Этюд с лошадью (1905)
В 1906 году Франц вместе со своим старшим братом Паулем, специалистом по Византии, путешествует по Греции, посещая гору Афон, Салоники и другие места.

Ф. Марк. Фреска (1904-1908)
В 1907 году состоялась вторая поездка во Францию. Живя в Париже почти полгода, Франц Марк посещает городские музеи, копирует знаменитые полотна – традиционная для художников форма изучения и развития техники.

Огромное влияние оказали на молодого живописца произведения Ван Гога.
Марк отмечал: «Ван Гог – самый искренний, величайший, берущий за душу живописец из всех мне известных. Писать в наиболее простой манере, вкладывая в полотно всю веру и устремления – это наивысшее достижение... Теперь я рисую только самое простое... Только в нем можно найти символизм, пафос и тайну природы».

В Париже Франц вошел в артистический круг, познакомился со знаменитой Сарой Бернар.

...Швабинг был средоточием богемной жизни, здесь быстро завязывались знакомства...

Так сложилось, что развитию Марка-живописца сопутствовали меланхолия и эмоциональные взрывы. Летом он много путешествует, стремясь оправиться от неудачных любовных романов.
Пылкий Франц оказался внутри любовного треугольника, будучи в связи с двумя Мариями: Мари Шнюр (художница-иллюстратор, Marie Schnür, 1869 - 1955) и Марией Франк (Maria Franck, 1876-1955).
Обе Марии запечатлены в небольшом этюде «Две женщины на холме» (1906), вверху.
Много лет длился его мучительный роман с замужней художницей Анеттой фон Экардт (Annette Von Eckardt; на 9 лет старше Марка).

Мари Шнюр была старше Франца на 11 лет. У неё уже был внебрачный сын, когда она познакомилась с Францем и вышла за него в марте 1907 года. Со стороны Марка это был «брак из сострадания»: благодаря замужеству Мари Шнюр могла забрать к себе сына (жившего ранее с её родителями).
Сохранился фотоснимок счастливых дней вместе (1906) – обе Марии и Марк наслаждаются свободой и наготой на лоне природы.

Ставший вскоре формальностью, первый брак не давал художнику возможности узаконить его отношения с Марией Франк до 1911 года. Они познакомились еще в 1905 году на костюмированной вечеринке (фото внизу).
Влюбленным требовалось разрешение церкви на вступление в брак. Дважды получив отказ, они поехали в Англию, надеясь зарегистрировать отношения по тамошним законам, - но снова отказ. Тогда Франц и Мария просто зажили вместе - неслыханная смелость по тем временам.

Ф. Марк. Голова девушки (с Марии Франк, 1906)
Внешне они не казались подходящей парой – Франц, утонченный интеллектуал с благородными чертами, и Мария с грубоватым крестьянским лицом.
(Мария и Франц Марк с пёсиком Русси, 1911 год)
Но именно она, сердечная и открытая, стала его верной спутницей на всю жизнь.

В 1907 году Франц Марк впервые показал на выставке большой живописный эскиз для гобелена «Орфей и звери» (Мюнхен, Ленбаххаус). Фризообразная композиция эскиза как бы воскрешает забытое видение земного рая — певец, идущий по цветущему лугу в окружении послушных божественным звукам зверей и птиц.
Известно, что свой интерес к животным художник подкреплял всесторонним изучением предмета.
Ф. Марк. Слон (1907)
Он читал об обращении с животными в монастырях ордена францисканцев; его настольной книгой была «Жизнь животных» Альфреда Брема; в знаменитом берлинском зоопарке делал зарисовки с натуры, а в зоологическом музее — штудии скелетов животных; исследовал соотношение внешней формы и внутренней структуры.

Ф. Марк. Мёртвый воробей (1905)
Около 1908 года Марк начинает особенно активно изучать поведение, движения и природу животных. Он целыми часами наблюдает и пишет коров и лошадей на баварских пастбищах; оленей в лесу. Сохранилась серия фотоснимков, возможно, сделанных самим Марком, которые показывают, что иногда художнику приходилось скрываться в густых тростниковых зарослях ради его наблюдений.

В 1908 - 1909 годах Франц Марк проводит время в городе Тёльц, Верхняя Бавария.
Картины «Лиственницы» и «Олень в сумерках» (1909, вверху).

«С раннего возраста я воспринимал людей уродливыми. Животные казались мне прекраснее и чище», — писал Марк.
Образ животного стал изобразительной метафорой чистого, естественного, не изуродованного цивилизацией человеческого духа — такого, каким он должен быть по мысли художника.

Пишет «Обнаженную с кошкой», «Пасущихся лошадей», начинает работу над картиной «Собака, лежащая на снегу».

В 1910 году знакомится с торговцами произведениями искусства Бранклом (Brakl) и Таннхаузером (Thannhauser).

В этом же году произошло важное событие в жизни Франца Марка: он познакомился с молодым немецким экспрессионистом Августом Макке (August Macke, 1887 – 1914). Завязалась крепкая дружба. Макке стал единомышленником Франца на недолгие оставшиеся им обоим годы жизни.

Из студии в Мюнхене Франц перебрался в деревушку Зиндельсдорф (Sindelsdorf) – вместе с Марией Франк.

Осенью 1910 года Ф. Марк участвует во второй выставке Ассоциации Новых Художников (New Artists' Association) в мюнхенской галерее Таннхаузера.
В том же 1910 году прошла первая самостоятельная (solo) выставка произведений Ф. Марка в галерее Бракля (Brakl) в Мюнхене. Более того, Марк заручился финансовой поддержкой промышленника и мецената Бернгарда Кёлера (Bernhard Koehler, 1849 – 1927), который приходился дядей жене Августа Макке.

Близость Мюнхена помогает общительному Макке сойтись с художниками, объединившимися позднее в «Синем всаднике», особенно с Францем Марком и Паулем Клее. Макке с интересом следил за их творческими поисками, участвовал в их проектах (например, в альманахе), по возможности помогал им, ведя переговоры с галеристами, меценатами, устроителями выставок.
Однако он не во всем разделяет эстетические взгляды «Синего всадника», которые кажутся ему порой излишне претенциозными или, по его выражению, идущими «слишком от головы».

С Францем Марком у Макке завязались самые сердечные дружеские отношения.
С июня по ноябрь 1910 года они проработали вместе под Мюнхеном в деревушке Зиндельсдорф, где теперь жил Марк.
Этот период активного взаимовлияния оказался для обоих художников чрезвычайно важным и плодотворным.
Марк и Макке едут вместе в Париж, где знакомятся с цвето-световыми экспериментами Робера Делоне, для которых Гийом Аполлинер придумал название «орфизм». (из статьи)

В 1910 году в ответ на просьбу мюнхенского издателя Рейнхарда Пипера прокомментировать тему «животных в искусстве» Франц Марк писал:

«Я не ставлю своей целью изображение только животных... Я хочу обострить свое восприятие органического ритма всех вещей, расширить пантеистическое ощущение мира, живого пульсирующего потока крови в природе, деревьях, животных и воздухе... Я не знаю лучшего способа подобного "оживления" искусства, чем изображение животных».

Именно тогда, в 1910 году, Марк сформулировал свое эстетическое кредо, которое сам он описывал терминами «оживление», «пантеизм», «чистота», «ритм».

«Три красные лошади» (1911, Рим, коллекция П. Гейер) — первый законченный образец уникального звериного стиля Франца Марка.
Конь был любимым «героем» художника, воплощением красоты и совершенства природных сил. Все лето 1910 года, поворотного в творчестве Марка, художник провел в деревушке Зиндельсдорф, наблюдая пасущихся в лугах лошадей. Он делал беглые зарисовки, которые вылились в три варианта картины «Лошади на пастбище».
(Лошади на пастбище, 1910)
Но только четвертый вариант, «Три красные лошади», суммировал натурные наблюдения в отточенный символический образ. Грация благородных животных, изображенных в разных поворотах и слитых в триединое целое, напоминает кружащийся ритм танца.

Franz Marc- Grazing Horses IV (The Red Horses), 1911
Глубокие мерцающие цвета — красные тела на фоне желто-зеленого луга, голубых камней и пурпурно-лиловых отблесков уходящего солнца — раскрывают новые эмоциональные возможности колорита в живописи.

В 1911 году Франц Марк познакомился с русским художником Василием Кандинским (1866-1944), который уже пятнадцатый год жил в Мюнхене. Франц Марк и Август Макке горячо поддержали идею Кандинского об издании специального альманаха, на страницах которого авангардисты могли бы высказывать свои взгляды на искусство. Так возник «Синий всадник» (Der Blaue Reiter). Душой издания и артистического кружка, сплотившегося вокруг него, были Василий Кандинский и сам Франц Марк.
(«Синий всадник»: слева Мария Франк и Франц Марк, 1911)
Художники этого объединения, среди которых были также Генрих Кампендонк (Heinrich Campendonk, 1889 – 1957), Лионел Фейнингер (Lyonel Feininger, 1871–1956), Пауль Клее (Paul Klee, 1879–1940), Альфред Кубин (Alfred Kubin, 1877–1959), продолжали развивать принципы немецкого экспрессионизма, провозглашенные в 1905 году живописцами группы «Мост» в Дрездене.

«Синий всадник — это мы двое», — сказал позднее Кандинский.
Вместе, присвоив себе, по словам Кандинского, «диктаторские полномочия», они готовили выставки «Синего всадника», вместе редактировали одноименный альманах.
Даже появление названия «Синий всадник», которое, как вспоминал Кандинский, родилось за кофейным столиком в саду Зиндельдорфа, свидетельствует о взаимопонимании двух художников: «Мы оба любили синий цвет, Марк — лошадей, я — всадников. И название пришло само».
(Ф. Марк и В. Кандинский, 1911)
Декабрь 1911 - январь 1912: Франц Марк показал первые свои работы на выставке «Синего всадника», организованной в мюнхенской галерее Thannhauser Galleries.
Мюнхенская выставка группы и опубликованный позднее альманах принесли художникам «славы дань: кривые толки, шум и брань». И публика, и пресса были возмущены этой революционной живописью, с отпечатком радикальной свободы красок и цвета. Всюду слышалось: «Мазня, цветная пачкотня».
Это был апогей движения немецких экспрессионистов. Выставка была показана также в Берлине, Кёльне, Хагене и Франкфурте.

В эссе «Духовные сокровища», написанном для альманаха «Синий всадник» в 1912 году, Франц Марк анализирует понятие «мистического внутреннего устройства», говоря о восприятии духовного начала, которое придает существу или месту особый, уникальный характер. Марк изучает эту тему посредством фигур на полотнах Эль Греко и пейзажей Поля Сезанна. Использование слова «мистический» вызывает мысль о чем-то нематериальном или не очевидном с первого взгляда, а также ощущение заинтригованности. Франц Марк стремится запечатлеть это «мистическое внутреннее устройство» в своих изображениях животных.

Упоминавшаяся выше картина «Две женщины на холме» (1906) – одна из немногочисленных работ художника, где изображены люди.
Ф. Марк. Синяя лисица (1911)
Почти на всех его картинах, акварелях и гравюрах мы видим животных: оленей, быков, коров, кошек, собак, тигров, обезьян, лисиц, кабанов.

Ф. Марк. Бык (1911)
Hо чаще всего — лошадей. Их он навсегда полюбил в годы обязательной военной службы.
Но анималистом Франц Марк не был: зверь для него – не реалистическая «натура», а высшее существо, символ естественного, чистого, совершенного и гармоничного бытия. «Звериное» видение мира представлялось ему чем-то вроде окна в недоступное человеку царство природы:


«Разве есть для художника что-либо более таинственное, чем отражение природы в глазах животного? Как видят мир лошадь или орел, косуля или собака? Насколько убого и мертво наше стремление помещать животных в ландшафт, который видят наши глаза, вместо того, чтобы проникнуть в их души».

Франц Марк стоит особняком в движении экспрессионизма. Романтическое стремление к идеалу, поиск внутренней гармонии особенно ощутимы в таких его работах, как «Голубая лошадь» (1911, Мюнхен, Ленбаххаус), «Бык» (1911, Нью-Йорк, Музей Гуггенхейма, вверху), «Белая кошка» (1912, Галле, галерея Морицбург, внизу), «Собака, глядящая на мир» (1912, Цюрих, частное собрание, вверху справа).

Эти свойства отличают искусство Марка от творчества других экспрессионистов с их напряженной экзальтацией цвета и формы. Однако накануне Первой мировой войны в творчестве Марка появилось тревожное настроение. Это было скорее интуитивное предчувствие надвигающейся катастрофы, чем рациональное осознание исторической ситуации.

В 1913 году Марк пишет картину «Волки» (Мюнхен, Ленбаххаус, вверху) — стаю хищников, вносящих огонь войны и разрушения в мирную идиллию природы.

В том же году он создает свою знаменитую «Башню синих лошадей» (вверху; местонахождение неизвестно), где некогда гармонический образ лошади становится звеном устрашающе неустойчивой конструкции громоздящихся и рушащихся форм.

Кульминацией тревожных предчувствий стала картина «Судьбы животных» (1913, Базель, Художественный музей). По признанию самого художника, он лишь впоследствии ощутил в полной мере пророческий характер этих картин: в разломах и сдвигах форм ему явственно слышался «гул копыт апокалиптических всадников».

Это самое известное полотно Франца Марка. Он закончил его в 1913 году, когда «всё общество было охвачено ощущением грядущей катастрофы».
На заднике картины Франц Марк написал: «И всё живое пылает в агонии» ("Und Alles Sein ist flammend Leid").
Уже будучи на фронте, художник писал жене об этой своей картине: «...она сродни предчувствию грядущей войны — сокрушительной и жуткой. Мне даже трудно поверить, что это я создал такое полотно».

Подзаголовок картины «Деревья обнажают свои кольца, животные – свои жилы» подчеркивает трагическую идею полотна: только срубленные деревья показывают кольца, только мертвые звери являют свое нутро. Лесная чаща предстает на картине как символ потаенного мира природы, который разрушается и гибнет под напором неведомой грозной силы. В апокалиптическом хаосе различаем хищные красные всполохи и лучи, падающие стволы, мятущихся коней, испуганно сгрудившихся оленей, ищущих укрытия кабанов, а в центре полотна – как олицетворение невинной жертвы – голубую лань, запрокинувшую голову к небу.
Эта картина-реквием, ставшая пророчеством грядущей войны, – одно из последних крупных произведений Марка, в котором он сохранил связь с фигуративной живописью.

В последний год творчества (1914) Марк открыл для себя возможности живописи вне реальных предметных форм. «Картина с коровами», «Борющиеся формы», «Тироль» [внизу] (все три — Мюнхен, Баварские государственные собрания) последовательно демонстрируют тот путь, по которому двигался художник, переступив порог реализма.

Взрывчатая динамическая структура этих полотен, мощный ритм цветовых сочетаний позволяли ожидать развития принципов абстрактного искусства. Правда, во фронтовом блокноте Марк, рядом с абстракциями, по-прежнему рисовал оленей и своих любимых лошадей.

«Я уезжаю в четверг... сейчас нам нужно замолчать и дать слово мировой истории».

Ф. Марк. Спящая собака. 1909 год

В апреле 1914 года Франц и Мария Марк купили небольшой сельский домик в Риде (Ried, муниципальный район в Баварии). По воспоминаниям Кандинского, эта покупка стала «исполнением одного из величайших желаний Франца». Он смог держать собаку и даже ручного оленя.
Дни перед отъездом на фронт Марк провёл дома в Риде (Ried) под Бенедиктбейрен: в своей студии в саду, где паслись косули, и где у Русси (белой пастушьей собаки) был свой маленький рай.

Но уже в августе того же 1914-го года, с началом Первой мировой, Марк записался добровольцем на фронт (в кавалерию) - разделяя общую для части немецкой интеллигенции иллюзию духовного обновления, которое должна была принести с собой героическая победная война... Кандинский пришел сказать другу и соратнику «До свидания», но Франц ответил: «Прощай».

Спустя несколько недель, проведённых в казармах полевой артиллерии, Марк отправляется на пограничные сражения за Лотарингию. Из «Синего всадника» художник превратился в конного фронтового связиста. Полевой почтой он отправляет письма Марии в Рид: «Мне так спокойно, нет никакого страха перед грядущими трудностями».

(справа: Франц Марк и пёсик Русси, рисунок Августа Макке)

Но уже через несколько дней война показывает свое истинное лицо: «Трупный запах на многие километры вокруг невыносим».
Вскоре заболевший Марк лежит в лазарете в Руре.

В октябре 1914 года Ф. Марка настигло глубоко поразившее его известие о гибели 27-летнего Августа Макке (в сентярбе 1914-го)...

В некрологе, посвященном другу, Ф. Марк писал:
«На войне мы все равны, но из тысячи достойных людей пуля сразила одного незаменимого...
С его смертью внезапно надломился прекраснейший и смелый поворот немецкого художественного развития; никто не в состоянии его продолжить.
Каждый идет своей дорогой; и, где бы мы ни встретились, нам будет всегда его недоставать. Мы, художники, хорошо знаем, что с его уходом гармония красок в немецком искусстве во многих его мелодиях должна потускнеть, звук стал приглушенным и сухим.
Из всех нас именно он дал цвету самое светлое и чистое звучание, столь же светлое и чистое, каким было все его существо».
(из статьи)

К февралю 1916 года, как видно из писем художника к жене, «он тяготеет к военному камуфляжу». Он разработал технику росписи брезентовых тентов и чехлов для укрытия артиллерии от разведки с воздуха, в стиле смелого пуантилизма. Франц Марк создал серию из девяти таких «росписей по брезенту», в стилях, которые варьировались «от Мане до Кандинского»; причем, по словам художника, именно Кандинский наиболее эффективен против самолетов противника, летающих на высоте в две и более тысяч метров.

С фронта Марк присылал множество писем, излагая свою философскую эстетику.
При нем всегда был блокнот с набросками картин, которые он надеялся написать, как только выдастся возможность.

Вокруг него творятся катастрофы и разрушения, но Марк, тем не менее, теоретизирует о предположительной пользе от войны, упоминая среди прочего духовный прорыв и искупление через страдание. Он так уверился в конечной полезности войны, что даже забывал о том, что его патриотическая преданность, по сути, подпитывает военные действия и обуславливает его присутствие на войне.
Вскоре художник начал истолковывать происходящее в еще более фаталистическом ключе; считая себя сродни изображениям животных, ставших для него просто мотивом чего-то более масштабного.
На фронте Марк вынужден рационализировать собственную цель, – но при этом его глубоко терзают противоречия. Пауль Клее «опасался, что Франц станет совершенно другим человеком», что его тонкая душевная организация не перенесет груза реальности. Марк был травмирован войной; он писал, что только смерть принесет ему утешение и покой. Одно из писем (к матери художника) содержит такие строки:

«...в смерти нет ничего устрашающего, это всеобщая участь, постигающая каждого и возвращающая нас назад, к нормальному «бытию». Пространство между рождением и смертью – это исключение, таящее так много страха и страданий. Единственный истинный, неизменный, философский отдых и утешение – это осознание того, что упомянутое исключительное состояние минует, и что "я-сознание", вечно беспокойное, непостижимое, недосягаемое, снова потонет в дивном покое до-рождения... Для того, кто жаждет чистоты и знания, смерть является спасением». (см. отрывки из фронтовых писем)

После проведения мобилизации в германскую армию, правительство составило список выдающихся художников, которых в целях безопасности следовало избавить от пребывания на фронте. Франц Марк был одним из этого списка. Но еще до того, как приказ об освобождении достиг фронтовых частей, художник погиб.
Во время одного из разведывательных выездов конница попала под обстрел, Франц Марк был убит осколком снаряда, попавшим ему в голову. Это случилось 4 марта 1916 года в битве под Верденом. В бессмысленной битве, длившейся едва ли не полгода и унесшей 335 000 жизней со стороны Германии и 360 000 со стороны Франции.

После смерти художника в Мюнхене и Берлине были организованы его мемориальные выставки.

В 1936-37 гг. нацисты заклеймили творчество позднего Ф. Марка как «дегенеративное искусство»; с выставок в музеях Германии было изъято около 130 его работ. Это вызвало шумные дискуссии в обществе: художник Франц Марк был любим публикой, он погиб в бою, как офицер германской армии.

[Радио Свобода:
В 1937 году нацистами была открыта выставка «Дегенеративное искусство», на которой было представлено около 650 произведений художников, чье творчество не вписывалось в генеральную линию нацистской партии в области искусства.
Это были классики модерна, а также авторы еврейского происхождения и коммунистических убеждений. Среди отвергнутых художников были, в частности, Отто Дикс, Василий Кандинский, Эль Лисицкий, Марк Шагал, Макс Эрнст, Алексей фон Явленский.]


Дом в Мюнхене, где родился художник, отмечен памятной доской (вверху слева; справа - могила Франца и Марии Марк).

Художественное наследие Франца Марка составили 240 произведений живописи, 451 рисунок, 63 гравюры, 87 набросков в письмах и открытках (два примера - внизу), 30 предметов прикладного искусства, 17 скульптур и 32 записные книжки. За этими скромными цифрами — напряженная творческая жизнь, сжатая в очень короткий срок, полная стремления к духовному очищению и утраченному идеалу.


источники (помимо указанных в тексте):

Марк, Франц (1880-1916),
Franz Marc Biography,
3, 4,
Franz Marc Quotes,
6

См. также:
Картины Ф. Марка;
Музей Франца Марка;
Отрывки из фронтовых писем Франца Марка

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...