Tuesday, July 22, 2014

Буддийский институт Ларунг Гар / Larung Ngarig (Wuming) Buddhist Academy, NHK World

В Восточном Тибете в небольшом и труднодоступном уезде Серта (тиб.: gser rta, кит.: seda; Sêrtar, Garzê Tibetan Autonomous Prefecture) находится крупнейший в мире институт тибетского буддизма Ларунг Гар (тиб. bla rung sgar), известный также как «Буддийский институт пяти наук» (кит.: wu ming fo xue yuan). источник

Буддийский институт находится в долине Ларунг, на высоте 4 тысячи метров, в 15 километрах от городка Серта. Несмотря на отдаленность, Ларунг Гар из группки послушников разросся в самый большой и влиятельный институт изучения тибетского буддизма в мире.

В настоящее время здесь обучаются тибетскому буддизму несколько тысяч монахов. (статья)

Серта (Sêrtar)

Серта располагается в префектуре Гардзи (dkar mdzes khul) китайской провинции Сычуань. Несмотря на то, что большая часть префектуры Гардзи относится к тибетской провинции Кхам, Серта по-прежнему считается территорией провинции Амдо. На протяжении многих веков уезд Серта входил в состав амдосской префектуры Голок. Здесь и по сей день говорят на диалекте тибетского языка амдо, а территорию местные тибетцы называют Голок Серта.

В конце XIX века известный буддийский мастер Дуджом Лингпа (Dudjom Lingpa, 1835–1904) построил небольшой ретритный центр.


В 1980 году на месте этого центра кхенпо* Джигме Пунцок (Jigme Phuntsok, 1933-2004; see also) основал нынешний институт Ларунг Гар.
(*Кхенпо – духовная степень/звание, которое присуждается после углубленного обучения тибетскому буддизму в течение 13 лет).

Хотя институт был довольно сильно разрушен китайскими властями, большинство построек сохранились до наших дней.

В середине 1980-х годов в Ларунг Гаре проходило обучение около ста тысяч монахов и монахинь. В настоящее время число учеников намного уменьшилось. Я спрашивала у местных жителей о числе монахов на сегодняшний день, но точной цифры никто назвать не смог. Говорят, что сейчас [2012] там проходят обучение около четырех или пяти тысяч монахов и около двух тысяч монахинь. (статья)

2013: Монахи в Ларунг Гар говорили мне, что здесь живут и учатся более 40 тысяч человек. (статья)

Помимо тибетцев, в Ларунг Гар также учится немало китайских монахов тибетской традиции буддизма. Большинство из них проходит обучение вместе с тибетцами, поэтому китайским послушникам прежде всего необходимо выучить тибетский язык. (статья)

Одна из особенностей этого института в том, что более половины студентов – женщины. Возможности поступления в другие женские монастыри Тибета ограничены, а вот Серта открыт практически для всех, кто искренне стремится приобщиться к экуменическим взглядам кхенпо Джигме Пунцока.
Другая отличительная черта в том, что Серта принимает на обучение и китайских студентов, и учеников из Тайваня, Гонконга, Сингапура, Малайзии. Они обучаются на мандаринском диалекте китайского языка. А более многочисленные группы – на тибетском. (статья)

*
из статьи:

Кхенпо Джигме Пунцок положил начало движению против забоя животных (Anti-Slaughter Movement) в начале 1990-х, когда заметил рост числа убийств домашнего скота из Тибета, а также мучения, которым подвергались животные во время транспортировки на рынки Китая.
Как религиозный лидер, Джигме Пунцок призвал тибетских пастухов сократить число животных, поставляемых на рынки Китая, или совсем отказаться от этой практики. Его ученики и другие ламы также призвали пастухов и скотников воздерживаться от разведения животных для забоя.
Огромное число пастухов Тибета обязались прекратить эту практику сроком на три года или же полностью отказались от неё.
В наши дни отказ пастухов-скотников от любых коммерческих предприятий с использованием их яков вырос в целое движение, берущее начало в Серта и распространившееся также на обширные территории Восточного тибетского нагорья и на этнические тибетские пастбища в провинциях Сычуань, Цинхай, Ганьсу.

В 1989 году Джигме Пунцок встречался с Далай-Ламой 14-м, не отрекшись от него – к большому недовольству китайской компартии, в отместку лишившей Джигме Пунцока права на переезды и путешествия.

*
От Маниганго до Гардзи около 85 километров, но мы ехали почти 6 часов. Дорога просто в ужасном состоянии. Мы держались за сиденья, чтобы не биться головой о стены машины.
Префектура Гардзи часто закрыта для иностранцев. Я волновалась, что меня туда не пустят и нам придется менять весь маршрут. Мы хотели проехать через Серту в Голок и оттуда добраться домой в Синин, но если бы меня не пустили в Гардзи, то нам пришлось бы или возвращаться в Юйшу и ехать в Синин оттуда, или ехать в Ченду и уже оттуда лететь на самолете в Синин. Этого очень не хотелось. Я мечтала наконец побывать в Ларунг Гаре, да и время уже поджимало – надо было вернуться в Синин как можно скорее.

Было около двух часов дня. Мы пошли искать маршрутку до Серты. И нам повезло снова – последняя маршрутка в Серту отправлялась ровно через час. Мы загрузили рюкзаки и пошли на ланч вблизи автовокзала. Насытившись овощами c вареным рисом, настроение улучшилось, появились силы на дальнейшую дорогу.
В три часа, заняв свои места в маршрутке, началось новое приключение. Расстояние менее чем в сто километров от Гардзи до Серты мы преодолели за 7 часов. Представляете, в каком состоянии была дорога?! Нам снова приходилось держаться за сидения, чтобы не биться головой о стенки машины. Невозможно было ни попить воды из бутылки, ни перекусить.
Несмотря на сильную тряску, я наслаждалась пейзажами: множество гор и скал, густые леса, невероятно красивое небо на закате. За всю дорогу мы сделали только одну десятиминутную остановку на отдых. Выйдя из машины, мы увидели большую стаю грифов.

Воздух был свежий, было ощущение свободы, и в то же время усталости после тяжелой дороги. Хотелось скорее добраться до какого-нибудь отеля и заснуть. Было около 10 вечера, когда мы наконец добрались до Серты. Один из пассажиров нашей маршрутки оказался владельцем небольшого местного отеля, где мы и остановились.
Утром выспавшиеся и отдохнувшие мы поехали в Ларунг Гар.
От Серты до института ехать около 15 километров вверх по дороге. Ходят и маршрутки, и такси, добраться очень просто. Но я снова беспокоилась, что меня не пустят. На въезде в Ларунг Гар часто стоят полицейские и не пускают иностранцев. Но в этот раз их не было, и меня никто не остановил. Заехав в монастырь, первые минуты стоишь и не веришь своим глазам: такого огромного города-монастыря я еще нигде не видела. источник


Студенческий городок состоит из сотен монашеских домишек, застилающих несколько склонов гор!
Поразительно: люди живут круглый год в отдельных хибарках, на высоте 4000 метров, где в долгие зимние месяцы температура падает до -35˚C.

В 2001 году китайские власти разрушили более 2000 домишек, стремясь воспрепятствовать расширению территории института. Очертив бульдозерами границы территории, они запретили строительство жилья за её пределами.

Но несмотря на ограниченное пространство, каждый год на оставшихся клочках земли или между уже существующими, возводятся около тысячи новых домишек, как профессиональными строителями, так и просто самими монахами и монахинями, которым помогают друзья и родственники. (статья)

В километре к северу от Ларунг Гар находится место проведения ритуальных небесных похорон.

Ларунг Гар условно разделен на две части: женскую, где живут и учатся монахини и, соответственно, мужскую. Ориентиром служит проезжая дорога – все, что левее дороги – часть монахинь, все, что правее – монахов. В каждой из частей есть свой колледж.
Ларунг Гар – это в первую очередь буддийский институт, а не монастырь. В тибетских монастырях обычно много разных залов со статуями Будд, висящими на стенах тханками (буддийскими иконами), алтарями с множеством масляных лампадок.
А в Ларунг Гар всего два храма со священными изображениями Будд и бодхисаттв, которые располагаются на вершине склона. В течение дня и монахи, и паломники-миряне совершают коры (ритуальные обходы) вокруг главных храмов, вращая огромные молитвенные барабаны.
Сами храмы открывают для посещений где-то в 5-6 часов вечера.
Главное здесь: два колледжа – мужской и женский.

Ларунг Гар – крупнейший институт тибетского буддизма, где по-прежнему можно получить полное буддийское образование, основу которого составляют «пять больших наук»:
• Философия буддизма,
• Логика
(они относятся к обязательным предметам; их изучают все монахи вне зависимости от их принадлежности определенной традиции).
• Искусство и ремесла,
• Медицина,
• Грамматика
и «пять малых наук»:
• Синонимия (курс, на котором проходят происхождение, значение, предназначение слов и терминов, их синонимы, употребление и проч.)
• Математика и астрология,
• Театральное искусство,
• Поэзия,
• Риторика.
В Ларунг Гар представлены все традиции тибетского буддизма. После общения с местными обитателями, создалось впечатление, что большинство монахов традиций гелуг и ньингма. Но, может, просто мне попались монахи и монахини именно этих традиций.

У Ларунг Гар есть большое преимущество в сравнении с другими монастырями в Тибете – это то, что здесь по-прежнему живут и дают учения несколько тулку (ламы-перерожденцы). Местные монахи сказали нам, что в Ларунг Гаре в настоящее время живут более 10 лам-перерожденцев. Почти всех лам можно навестить, а если повезет, то и получить благословения и передачи на практики.
Паломники получают благословение от монаха (касание до головы священным предметом).

Целый день мы гуляли по улицам Ларунг Гара, общались с монахами, слушали учения и молитвы, наблюдали за дебатами монахов.
Поражает масштабность территории института. На склонах холмов — сотни, а то и тысячи домишек, выстроенные почти впритирку друг к другу.
Ближе к вечеру мы пошли на встречу с одним ламой. Нам нужно было добраться с одного конца Ларунг Гара в другой. Несмотря на то, что мы постоянно переспрашивали как идти, все же мы ни раз заблудились в этих маленьких и сходу одинаковых улочках. Единственный шанс найти нужный дом – положиться на интуицию!

В домах нет канализации, поэтому всем живущим здесь ежедневно приходится спускаться вниз к трубам с проточной водой, которые находятся между женским и мужским колледжами. Полные ведра или другие ёмкости с водой нужно донести до своего дома. Живущим на вершине склона монахам и монахиням это сделать не просто.

Устройство для кипячения воды есть на многих крышах домов. В определенные часы дня вода в чайнике довольно быстро закипает под воздействием солнца. Тем самым экономится электроэнергия.

Буддийский институт Ларунг Гар – место, в которое хочется возвращаться снова и снова. Находясь там, чувствуешь чистоту и ясность. Появляется вдохновение на усердную практику и более глубокое изучение буддизма.
источник

*
Серта – одна из местностей провинции Сычуань, где случаются акты самосожжения тибетцев. Так, в феврале 2012 года в знак протеста сожгли себя три пастуха.
26 ноября 2012 года монах поджег себя перед статуей золотого коня в Ларунг Гар. Считают, что подобные акты мотивированы политическими причинами, однако китайские власти отрицают это.

Поскольку большинство домишек в Ларунг Гар деревянные, городку грозит постоянная опасность возгорания. Вечером 10 января 2014 года в Ларунг Гар занялся пожар, в котором сгорело несколько десятков построек. Тушению помогали 450 спасателей. Серьезно пострадавших в пожаре не было. (статья)

Photos; picasa album; article and photos

* * *
Документальный фильм японского телеканала NHK World:

Sertar Larung Gar Buddhist Institute in Sertar, Ganzi Tibetan Autonomous Prefecture, Sichuan, China, is the largest Tibetan Buddhist center of learning in the world. The institute's name, Larung, is an abbreviation of a Tibetan expression, Lama Lungwa, meaning highly respected monk. 20,000 monks and nuns live here, spending their days in study and ascetic practices. Every Chinese Tibetan hopes to visit Larung Gar once in their lifetime, despite the remote and inhospitable location - winter temperatures in the Larung Valley go as low as minus 36 ℃.
This is a precious repository for traditional Tibetan culture in contemporary China: many believers rely on the Institute for the Tibetan Buddhist funerary rite called sky burial, and during Grand Dharma Assemblies the valley attracts over 40,000 pilgrims.
Among the Institute's students are many Han Chinese disillusioned with China's breakneck economic growth and seeking answers in the ancient sutras.
Foreign media are not permitted in the valley and the Institute has received almost no media coverage. This program is a compilation of footage taken over the course of about a year by a young Chinese filmmaker.

Название института, Ларунг – аббревиатура тибетского Lama Lungwa, то есть высокочтимый лама.
Здесь постоянно ведут жизнь аскетов 20 тыс. монахов и монахинь.
Серта – ценное хранилище тибетских традиций и культуры. Множество верующих доверяют традиционное небесное погребение здешним мастерам (в километре севернее Ларунг Гара находится место проведения похорон).
Во время праздников (Larung Sukhavati (Ultimate Bliss) Grand Dharma Assembly) в долине собирается более 40 тысяч паломников.
Зарубежным журналистам не разрешается проводить съемку в институте. Эта программа состоит из отрывков записей, сделанных в течение года молодым китайским режиссером.

*
2012 год

В крупнейшем центре обучения тибетскому буддизму сейчас находятся 20 000 учеников: 8 000 монахов и 12 000 монахинь.

Территориально Ларунг Гар разделен на «мужскую» и «женскую» части. Они отделены друг от друга стеной. В течение дня проход через ворота разрешен; после 9 часов вечера ворота закрывают.

Считается, что если в семье есть монах или монахиня, это хорошо. Обычно тибетцы отдают учиться в монастырь второго сына.
Начальное обучение длится шесть лет, следующая ступень – еще 13 лет. Но многие ученики проводят в институте всю жизнь. Tsutim Tenzin (25, на фото вверху): «Нельзя терять ни минуты, ни даже секунды».


Есть сутра-зал, где могут собираться паломники-миряне.


Верующие совершают 108 простираний перед ступой.

Tenzin Gyatso (Tulku of Sonam Gumpo), на фото внизу справа, рассказывает:

Тулку* – воплощение будды; высшая форма – человек, но тулку может быть и животным, и насекомым, и растением, и камнем.
[*Тулку означает Нирманакайя, на санскрите – одно из трех измерений просветленного ума, которое переводится как «тело явленное» или «тело эманации».
Тулку бывают следующего вида: высшие Нирманакайи (просветленные учителя); гении – существа, обладающие талантами или способностями, отличающимися от обычных людей, и не обязательно полностью просветленные (как пример можно привести Моцарта или Леонардо да Винчи); и проявления Нирманакайи в разных формах (просветленный разум может послать ответ для помощи живым существам в виде чего угодно: рыбы, растения, животного, лекарства).]
Он раздает паломникам желтые пакетики с тибетскими травами.
Паломники делают подношения – это и одежда, и обувь, и пища, и деньги.


...Ворота между женской и мужской половинами закрываются в 9 часов вечера, до следующего утра. Если случается задержать нарушителей, им грозит штраф на сумму в 70 долларов.


Воду набирают из родников – они не замерзают даже в зимние морозы. Именно поэтому данная местность была выбрана для основания института.

28-летняя монахиня Иси Вангмо (Ishi Wangmo) носит воду вверх по ступеням, к своему домику-«коробочке» в заплечной 20-литровой канистре:

«Стирать приходится сразу, как принесешь воду, чтобы она не замерзла. Да, мокрое белье на морозе становится как камень... Но сейчас солнечно, так что всё в порядке».
Поскольку Иси Вангмо постоянно живет при институте, у неё нет другой одежды, кроме монашеской.
«Нет, с тех пор, как я здесь, я не работаю, только учусь. Живу на стипендию, которую регулярно платит институт. Сколько? Около 30 долларов в месяц. Мне хватает.

Это очень простая жизнь. Еды минимум. Сначала было трудно. Я думала о том, что осталось в моей прежней жизни – семья, деньги... Но чем больше я учусь здесь, тем больше постигаю иллюзорность всех наших привязанностей. Учиться нужно постоянно».
Она здесь уже шесть лет, и планирует провести здесь всю жизнь.

На территории института нет никакого хозяйства. Основные средства – пожертвования. Приезжают жители окрестных деревень, привозят пищу и прочее для жизни. Монахи и монахини вольны покупать всё, что им нравится.


Монахи и монахини сами готовят еду, питаются два раза в день. Порции маленькие, много жира для сытности.

Обучение идет с утра до вечера. В 19:30 ученики собираются для традиционных буддийских диспутов.
Короткое тибетское лето, +9˚ С.


Молодой пастух вывесил у себя в доме портреты великих Лам: они защищают и встретят нас, когда умрем.

...В институт принимают всех желающих, независимо от возраста и национальности.

В одном зале читают священные тексты на китайском языке. Желтые занавеси разделяют мужскую и женскую части помещения.

50-летняя китаянка Jian Xun поступила в институт год назад. До этого она работала на фирме в Германии.

«Мир жадности, материализма, там я чувствовала постоянное беспокойство и неудовлетворенность... В душе пустота. С тех пор, как я здесь, я в мире с собой.
В буддизме нет противоречий. Я изучала многие философские течения, везде есть противоречия, кроме буддизма».

В октябре проходит The Pure Land Puja, большой праздник, на которые из окрестных деревень и даже издалека приезжают тысячи паломников.

По пути к ступе проходят ворота с колоколами на них – каждый паломник звонит в них, чтобы будды знали об его приходе.
Монахи поднимают огромную танку с изображением рая Чистой земли (Pure Land paradise).

Молитвенные шарфы ката – паломники машут ими, молятся и возносят хвалу буддам. В определенный момент шарфы начинают бросать вперед, к центру площади, где они символизируют равенство и веру.

После завершения праздника люди возвращаются домой, готовиться к суровой местной зиме.



см. о тибетской традиции небесных похорон

upd: Еще про небесные похороны
источник

Пошла гулять вечером на ближайшие горы. Сразу же, как водится, нашлось кладбище, растянувшееся высоко вверх. Полезла туда подальше и повыше. Не зря все-таки некоторые люди 13 лет медитировали на кладбищах — просветление в мозгах очень быстро наступает

…Мы вышли на рассвете из Дарчена. Я волновалась, из-за сильного ощущения встречи с чем-то совсем новым и огромным. Наверное, что-то похожее испытываешь, когда идешь на свидание с человеком, которого ты любил, но которого давно-давно не видел. И совершенно не можешь себе представить, что будет. Широкая и несложная тропа увлекала нас все дальше в туман. И тут вдруг появились Они. Эти огромные скалы, которые со всех сторон окружают Кайлас, очень знакомые по фотографиям. Удивительно было то, что на фотографиях они выглядели «мощными» и «мрачными» - настоящими суровыми защитниками. Но здесь, когда я видела их рядом, не смотря на погоду, они ощущались очень легкими и прозрачными. Т.е. там скорее ощущалась просто забота.

На первом месте, где открывается вид на Кайлас, были развешены буддийские флажки с мантрами. Паломники делали простирания.
Кайласа не было видно из-за сильной облачности, но он ощущался и наполнял нас благоговением. Спускаясь вниз к Тарпоче, мы встретили первого паломника, делающего кору простираниями. Одежда была защищена фартуком. На руках были рукавицы. Лицо человека было сосредоточено и спокойно. Взгляд очень сильный.
Удивительно конечно, когда этих людей называют фанатиками. Смотрела когда-то передачу, там было интервью с человеком, который шел простираниями из Амдо – это тибетская провинция — до Бодгаи в Индии, где Будда достиг просветления. Шел он три года. И почему-то думается, что за три года столько всего с человеком произошло, он столько всего пережил и увидел нового в себе и мире!

<…>
я с японцами полезла на кладбище 84 махасиддх. Туда вела крутая тропинка.
[// в книге Йонге Мингьюр Ринпоче:
«Через какое-то время он попал на кладбищенские земли — древний аналог современного кладбища, где трупы оставляли просто так, без кремации и захоронения. Кладбищенские земли были страшными местами, покрытыми человеческими костями, частями скелетов и разлагающимися трупами. Но в таком месте было легче всего встретить великого мастера, преодолевшего страх смерти и непостоянства — двух пугающих состояний, которые удерживают большинство людей в оковах сансарической обусловленности: привязанности к тому, что есть, и неприятия того, что может случиться».]

Почему-то тибетцев на плато было много. И они без конца таскали туда мешки.
Забравшись наверх, стало понятно, что здесь как раз проходит церемония небесных похорон. Говорили, что на этом месте хоронят только высоких лам. И что иностранцев на такие действа совсем не пускают. Но нам никто ничего не сказал.
Мы, правда, не бегали, не фотографировали, не проявляли никакой буйной «туристической» заинтересованности. Просто «посидели рядом». Ни столько физически, потому что ходили там потихоньку везде, сколько внутренне – очень такое мягкое, внимательное состояние было.
Ламам приготовили специальное место вдали.
Разожгли большой костер. А рядом расстелили огромную прорезиненную ткань. И начали высыпать туда муку и масло из мешков. Пришли ламы с тем самым «высоким Ринпоче Западного Тибета».
Началась «служба». Ламы читали тексты напевными голосами. Думаю, это была «Бардо́ Тодо́л» - Тибетская книга мертвых.
Масло смешивали с мукой, накладывали в тазики и подносили к ламам для благословения. А потом высыпали всё в огонь.

В это время человек – рагьяб – занимался телом. Странные такие ощущения испытываешь, когда видишь кусочки человеческого тела на расстоянии пяти метров. Ужаса, страха не было. Ламы, церемония, восходящий поток, тихие спокойные люди вокруг. Естественность всего происходящего… Но как будто бы ты не здесь, а в каком-то другом измерении находишься.
Когда пошла назад, получилось так, что этот человек, который занимался телом, шел передо мной. Он какой-то «другой» – совсем не похож на обычных тибетцев. Какая-то информация необычная и жутковатая. Как будто бы и не человек вовсе.
Как мои знакомые когда-то шутили – «неорган».

upd: see also - Best 100 Tibet Travel Tips: The Ultimate Guide

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...