Friday, May 23, 2014

Ноам Хомский: Мы живем в мире иллюзий/ Noam Chomsky, interview, 2004

Очень многие действия мы считаем патологическими, если совершаем их индивидуально. С другой стороны, если они совершаются коллективно, их признают уместными и необходимыми. Клинтон, Кеннеди — все они осуществляли массовые убийства, но не расценивали их так, и то же самое Буш. Видите ли, они защищали справедливость и демократию от худших зол. И думаю, трудно найти в истории массового убийцу, который смотрел бы на это иначе...

В традиционных религиях мы найдем много достойного, кроткого, прекрасного и так далее, но Библия при этом, возможно, самая геноцидная книга в литературном каноне. Бог Библии не только приказал своему избранному народу осуществить в буквальном смысле геноцид — истребить амаликитян, всех до последнего мужчины, женщины, ребенка и, понимаете ли, осла, потому что сколько-то столетий назад они встали у вас на пути, когда вы пытались пересечь пустыню. Мало этого: ведь Бог Библии готов был уничтожить все живое на земле из-за того, что некоторые люди его раздражали. Это история Ноя, и это уже за гранью геноцида — не знаю, как описать такое существо. Кто-то возмутил Его, и Он намерен уничтожить все живое на земле? Потом Его уговорили оставить в живых каждой твари по паре — и надо думать, что это милосердно и прекрасно.

Мы понимаем чужие преступления и не понимаем своих.
Это просто — разбираться в чужих преступлениях. Но знаете, каждый Божий день примерно столько же людей — детей — умирает в Южной Африке от легко излечимых болезней. И что-нибудь мы делаем в связи с этим? Ведь это таких же масштабов убийство, как в Руанде, только мрут здесь дети — изо дня в день, и не сто дней, а всё время. Тут не нужно военного вмешательства. Не нужно тревожиться о том, кто защитит наши вооруженные силы. Нужно всего лишь подкупить тоталитарные организации, чтобы они произвели лекарства. Конечно, это стоит денег. Думаем ли мы об этом? Делаем что-нибудь? Спрашиваем себя, что у нас за цивилизация, если надо подкупать тоталитарные организации, чтобы они произвели лекарства, которые остановят смертоубийство таких же масштабов, как в Руанде? Нет, проще об этом не думать.
Фармацевтические компании — это тоталитарные организации, причем субсидируемые. Большинство фундаментальных исследований ведется на общественные средства. Прибыли колоссальные, и с точки зрения бизнеса не только рационально, но и предписано законом, чтобы они выпускали для богатых западных людей средства от морщин, а не лекарство от малярии для гибнущих детей Африки. Предписано. Предписано законом.

[...] я был потрясен, узнав, что в городе, где я живу, в Лексингтоне, — а населяет его зажиточный средний класс: врачи, юристы, ученые, биржевые маклеры, преимущественно такие люди — в полиции есть специальное подразделение для борьбы с домашним насилием, и каждую неделю оно получает несколько срочных вызовов.
Признать, что имеет место угнетение, — для этого требуется работа.

[...] на нашем веку многое изменилось. То, что считалось нормальным, — не нормальным даже, а просто не замечалось тридцать-сорок лет назад, — теперь сочли бы отвратительным.

Людей приучили — положив на это много усилий — приучили воспринимать себя, свои устремления и свою человеческую ценность, исходя из того, сколько им удалось приобрести. Только из этого. И ладно бы других — а именно себя...

[...] главная причина нутряной ненависти к социальному обеспечению в том, что оно основано на идее, которую хотят выбить из людских голов, а именно на заботе о ближнем. Понимаете, социальное обеспечение основано на идее, что тебе небезразлично, хватает ли еды вдове-инвалидке на другом краю города. Нет, тебе не полагается об этом думать. Это опасное умонастроение. Думай только о себе. И теперь я слышу это от молодых людей. Они говорят: слушайте, я не понимаю, почему я должен за нее отвечать. Я за нее не отвечаю. Я ей ничего не сделал. Если она неправильно вкладывала деньги или там еще что-нибудь такое, это не мое дело. Почему я должен платить налоги, чтобы ей хватало на жизнь?

[...] тебя с пеленок учат, что единственный выбор, который тебе доступен, — это выбор товаров. Не твое дело, как работает правительство, какова его политика, как организован город и прочее. Твое дело — приобретать предметы потребления. Это вбивают в голову с младенчества. Поэтому и выборы наши — фарс.
Ну что такое наши выборы? Два человека с одинаковыми биографиями: богатство, политическое влияние, те же элитные университеты, состояли в тех же тайных обществах, где обучают быть правителем, оба стали кандидатами, потому что финансируются теми же корпоративными организациями.

Языковед и философ Ноам Хомский, фрагменты,
полный текст интервью (2004)

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...