Thursday, October 31, 2013

октябрьские заметки/ October, dubaian trivia

пятница
На море – крупная синяя медузяка, похожая на резиновую перчатку. Поплыла против течения, шевеля щупальцами (точно такая в конце поста). Желание плавать отпадает.

*
Давно заметила забавную мелочь: в разных кафе-ресторанах официанты непременно приносят мужу мой двойной эспрессо, а мне – его капуччино; какие-то гендерные стереотипы, видимо.


*
Приятельница, работающая здесь в страховой компании, рассказала про их нравы и любимые арабчиковые «ламборгини» и «феррари». На три и более невыносимых летних месяца (и Рамадан заодно) эмиратцы прячутся - едут "домой в Европу". Это известно. И берут с собой свои машинки. Хотя таможенные, страховые и прочие траты много выше, чем если бы они снизошли до равных авто, арендованных на время пребывания в принимающей стране.

*
В очередной раз валяясь с простудой, пересмотрела «Счастье» Солондза. Четыре года назад я писала: «Если бы не подбор музыки в фильме, он бы давил безысходностью, несмотря на весь свой (иссиня-черный) юмор. Однако романтичный саундтрек придает происходящему ироничный оттенок мелодрамы».
Видимо, на сей раз я была в менее подходящем для этой картины настроении. Святотатство: каждый раз в мерзостные моменты (мастурбации, изнасилование детей) – фоном красивая классическая музыка.

Не погнушались втереть прекрасную музыку в этот черно-юморный, стёбный, полный секреций фильм.

Заметила деталь: после самоубийства её отставленного пухлого ухажера, Джой решает жить по правде (do good), помогать бедным и эмигрантам. Очень верно психологически; комплекс вины требует.

*
Дубай молл энергично расстраивают-расширяют - маловат; не помещаются все желающие.

Мужу рассказывал сотрудник, что во время прошлогоднего праздника жертвоприношения двери молла время от времени запирали (!), не впуская новых посетителей, потому что facilities (туалеты, кафе, рестораны, эскалаторы) не справлялись с наплывом страждущих!

*
Удивлялась: кричат-зовут к молитве, а никто из дишдашек-абаек что-то не спешит в молельни. Оказывается (знакомые мусульмане объяснили) - адхан (призыв к молитве) предоставляет flexi-time, гибкий график; можно помолиться в течение двух часов после призыва. Удобно.

*
Перечитываю «Войну и мир», наслаждение. Видимо, достигла зрелого возраста и накопила опыта для лучшего понимания этой книги (хотя, возможно, не всей её глубины; еще читать-перечитывать).
Корявости языка уже почти не коробят; мелочи, на фоне спокойной мудрости Толстого и проницательного изображения персонажей; такие настоящие и узнаваемые.
Язвит: холерическая Наташа и кротко-набожная Марья, обе, при всей своей противоположности, одинаково пали жертвами писаного красавца Анатоля Курагина, дегенерата и подлеца.
Князю Андрею всё простить за его брезгливый взгляд на пробор «Бурьенки»!
Пьер – Элен, Марья – Анатоль: думающие и добрые люди мухами в паучьих сетях, жертвы ничтожеств и подлецов.
Аудио-книгу слушаю вдогонку. Чтец частенько делает неправильные смысловые ударения, но в общем неплохо; без музыки.
Читая описания умирания – такие сильные и подлинные – у Толстого, почему-то вспомнилось из школьной программы: Борис Полевой с его Маресьевым (кто-то там в палате всё просил «Пить... пить...» - а оказалось «жить!») – пошлость и враки.

11 октября (пт)
За городом на трассе – грузовик с козами. Толстенькие, стоят покорно, уши полощутся на ветру. Неведение – не знают, КУДА их. И еще, другие - какие-то мохнатоватые козы; с этих и кожу сдерут... И еще – лежащие в кузове верблюды... Их тоже жертвоприносят?

суббота
Вечером на море. Большая мертвая чайка, на волнах (я плавала) казалась маской или лицом, глядящим вверх. Вынесло тельце на берег – на спине, голова-тряпочка набок, безвольно сложенные лапы.

Побрела пройтись вдоль берега. Поравнялась с высыпавшими из виллы у пляжа арабскими детьми в количестве 8-10 человек. Пара гривастых девочек лет по восемь кривлялись и что-то кричали, глядя на меня. Когда я их миновала, мне в затылок полетел ком мокрого песка. Я, повернувшись, заорала про полицию; толстый мальчик залопотал, что это вот они; пара тех обезьянок-девочек уже отбежала далеко.
На тот пляж больше не езжу; а на других стараюсь обходить веселящихся арабских деток стороной.

15 октября (вт)
«Общие» (гос.) выходные. На пляже гадостно – кучи праздных пакистанцев-бангладешцев в курта-пижамах или джинсиках с блёстками. Ходят толпами; откровенно глазеют на женщин. По-человечески лишенных женского общества трудяг стоит пожалеть; но видеть их на пляже пакостно.

В другой день, тоже на море; тощий азиат-рабочий на отдыхе, в парусах-труханах, тихонько бродит между пляжниками, ложится рядышком с загорающими женщинами, беззастенчиво глазея – или заходя, для лучшего обзора, в воду напротив лежащих.
В общем, для меня морской сезон окончен. На солнце жарко, вечно-пекучее; а к вечеру на ветру резко холодает. Выходить из воды холодно. Да и плавать страшно из-за медуз. Так какого черта? «Свежий воздух»? Хрен там – воняет выхлопами со строек (они в-е-з-д-е); на пятках - пятна мазута.

понедельник
Ходила в Waitrose, т.е. в Дубай молл. Сто лет не была – с марта, наверное.

(было - стало)
За это время потрудились, расширили мост между Сук аль Бахаром и моллом – не помещаются страждущие взглянуть на фонтаны.

(было - стало)
Нагуглила фотографий строительства; как и предполагала, велось оно в летние месяцы, когда жара +50С, а к вечеру и влажность почти 100%. С уверенностью пишу под фотографиями, что работы ведутся в "мёртвый" для туристов сезон.

И к своему удивлению вижу на фото... кучку зрителей, несмотря на погодные условия пришедших упиться зрелищем пляшущих фонтанчиков! О, люди, дивное племя.

В Дубай молле всё больше русскоговорящих самой провинциальной наружности. Наиболее вульгарные соотечественницы одеты во вкусе арабско-азиатской моды – блёстки, украшения, каблуки, толстый слой косметики на лоснящихся от пота лицах, минимум естественности. Азиаты мы.

Около молла сделали большую стоянку для туристических автобусов, которые привозят граждан из Аджмана и Шаржи на познавательные экскурсии по культурному наследию Дубай моллу.
Как-то вечером провожали, пообщавшись с ними, знакомых (те отдыхали где-то в Аджмане; были привезены полюбоваться моллом). Изрядно покружив по торг-центру, вышли, наконец, к недавно сооруженной парковке для тур-автобусов. Там толклось много-много «наших». Муж весело предложил мне приходить сюда, когда меня накрывает ностальгия - терапевтический эффект гарантирован.
*
Как говорил кто-то в допотопной шутке советских или перестроечных времен, не жили хорошо и нечего было начинать.
С прошлой квартиры мы переехали (примерно в это же время в прошлом году), потому что донимал невыносимый шум неожиданно ставшей крайне оживленной автодороги прямо под окнами. Теперь, наконец, наступает (недолгое, тем более ценное) время, когда можно пожить с открытыми окнами.

Но нескончаемые стройки переползли вслед за нами, так что из теперешнего нашего окна стройка вонючая слышна и видна. Писк сдающих задом грузовиков и прочего говнотранспорта; вонь выхлопами; грохот забиваемых свай.

Ёрническая ирония судьбы в том, что сейчас улица около предыдущего нашего жилья почти мертва!

(на фото - бывший перекресток, 2012 год)

Арабы нагнали «семечек»-рабочих, те разобрали плитки, из которых состоял оживленнейший перекресток с видом на недавно (на ту пору) объявленную «плазу» и Бурж Халифу. Вместо плиток и перекрестка протянули разделительный газон; пешеходных переходов тоже не стало. Теперь транспорт минует бывшую шумную улицу и прёт прямо (заворачивать стало некуда); автобусы (здесь и общественный транспорт есть, ммм) – главные шумовые эффекты – туда же.

(на фото - перекрестка как не бывало. Правда, уже протоптаны закономерные тропки)

23 октября (ср)
«Коляска помчалась во все ноги лошадей; но долго еще позади себя граф Растопчин слышал отдаляющийся безумный, отчаянный крик, а перед глазами видел одно удивленно-испуганное, окровавленное лицо изменника в меховом тулупчике.
Как ни свежо было это воспоминание, Растопчин чувствовал теперь, что оно глубоко, до крови, врезалось в его сердце. Он ясно чувствовал теперь, что кровавый след этого воспоминания никогда не заживет, но что, напротив, чем дальше, тем злее, мучительнее будет жить до конца жизни это страшное воспоминание в его сердце».
(Л. Н. Толстой, «Война и мир», Том 3).

25 октября
Еженедельные покупки в Карфуре; поехали рано – но уже были толпы.

Особенно много беснующихся детишек в пред-хэллоуиновских тряпках; в отделе со всякой хэллоуиновской фигней – толпа; даже дишдашки себе какие-то тематические пугающие финтифлюшки покупают. Совсем утратили нац-идентичность.

*
По утрам в родном жилом квартале влажность; воняет погребом, собачьей мочой; промозглой сыростью. Отовсюду шум строек.
Новое из рубрики "было-стало".

Лагуны около Address hotel’а НЕТ, засыпали - как не бывало! Сделали лужайки и площадку, очевидно, для размещения дополнительных кафе-ресторанов. Не хватает.

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...