Tuesday, April 23, 2013

Наталья Нестерова - 69 / artist Natalia Nesterova - many happy returns!

«Искусство должно поднимать человеческий дух, а не разрывать душу на части».
- художник Наталья Нестерова -


Сегодня отмечает день рождения замечательный человек и удивительный художник Наталья Игоревна Нестерова. Далее - прямая речь, цитаты из её интервью:

*
Я просто работаю, потому что жизнь художника – это не слава и выставки, а работа. А известность зависит от кураторов, от того, что за выставки они делают, от их личного вкуса. Многие занимаются саморекламой. Я – нет. Во-первых, я художник, а не оратор. Во-вторых, чтобы заниматься саморекламой, нужно знать, как это делается, и иметь к этому склонность. Я же не имею ни того, ни другого. Предпочитаю, чтобы эту функцию за меня выполняли кураторы и галереи. В-третьих, мне это уже не надо – на меня работает время.

*
С каждым годом в Москве остается всё меньше друзей. А человеческие потери невосполнимы. Иногда так оглянешься и понимаешь, что диалог-то вести не с кем. А вообще мне слышать рассуждения о том, что живопись умирает, больно. Потому что я родилась в доме, заполненном картинами, живопись – это моя жизнь. Для меня признать, что она умерла, значит то же, что убить своих предков.

*
Когда на выставках современного искусства я вижу очень много отталкивающих работ, я всегда думаю, что у этих художников что-то не сложилось в детстве. Потому что как иначе объяснить, что их больше интересуют плевки и помойки, чем деревья и небо. Мимо всех этих физиологичных ужасов современного искусства я всегда прохожу, закрыв глаза.

*
Самое сложное, но и самое важное для художника – стать узнаваемым. Нужно придерживаться некой последовательности. Хотя все зависит от индивидуальных качеств человека, у кого-то разбрасывание превращается в стиль. Но для меня все-таки главное – узнаваемость. Это когда вы идете по большой выставке и вдруг поворачиваете голову, потому что этот художник вам знаком и он вас притягивает. У художника должен быть внутренний стержень и должно быть что-то, что он хочет сказать зрителю, причем не с натугой, а с легкостью. Русским художникам не хватает легкости. От русских всегда исходит страдание.

*
Человек всюду проник. От него никуда не денешься. Он постоянно порождает зло и несправедливость. Он, мне кажется, - самое страшное животное. Он всё разрушает. И себя. В массе особенно.
Я плохо думаю о толпе, массе, очереди, собрании, обществе. А хороших людей как не любить. Этого, который въезжает в Иерусалим на осле, я люблю. А человеческую икру, которая Его предает, – нет.
В молодости я была жестче и решительнее. И моя нелюбовь к людям всегда выражалась в картинах. А теперь эта нелюбовь усилилась, но я ее скрываю под маской воспитанности. (Смеется) 
Существование отдельных добродетельных людей меня восхищает, я перед ними преклоняюсь. Но это никак не меняет моего общего отношения к человечеству.

*
Суть моих работ на протяжении 10-15 лет почти не меняется.
Наверное, только живописцы и композиторы могут существовать в любых местах земного шара.

*
Москву я уже совершенно не воспринимаю. Город моего детства, город моей юности исчез. У нее был свой облик. А сейчас Москва мне кажется провинциальной и безликой.

*
Для меня жизнь — это просто трагедия. А маскарад — способ прикрыть трагедию, надеть веселую маску на искаженное лицо.
Я натура не артистичная, внутри очень скованная. Да и карнавал по своей сути трагичен. Он заканчивается, и остаются только растоптанные маски, туфельки и, наверное, сердца…

*
Надо делать, как можешь. Вот и Ван Эйк подписывал свои картины словами «Как умею».

*
Бабушка моя говорила: «Не идешь вперед, идешь назад». Чем меньше человек работает, тем труднее ему заставить себя двинуться дальше. А если он что-то постоянно делает, ему становится легче. И важен не результат, а сам процесс.

*
У меня бывает восхищение от того, что вижу. Вот недавно в Довиле на французской Атлантике видела лошадей, запряженных в повозку, бегущих краем моря, а за ними — маленькая собачка. Все у меня трепетало от этого невероятного зрелища.

*
В роли амазонки я себя не вижу. Не представляю себе, как можно сидеть на теле прекрасного животного. Жалко его. Есть люди, которые не любят прикосновения — меня прямо будто ударяет током. Может, это происходит по причине моей внутренней напряженности, застенчивости. Я даже никогда не сидела на чьих-то коленях. К тому же амазонки были воительницами, а я пацифист. У меня все животные — любимые, даже пауки.

*
Свою жизнь я не представляю без моей работы. Она поглощает мое воображение, чувства, мысли. Я думаю о ней всегда, где бы я ни находилась, что бы ни делала, что бы со мной ни происходило в разные моменты моего существования.

О Наталье Нестеровой;
интервью с Юрием Ростом и журналу Огонек;
интервью 2004 года

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...