Tuesday, November 20, 2012

Глухонемой проповедник: скальные скульптуры аббата Фуре/ Abbot Fouré (1839-1910) & his rock sculptures

Некоторое время назад в ЖЖ Г. Ш. Чхартишвили (Акунина) прочла совершенно потрясшую меня историю. Приведу целиком, снабдив своими (новыми) фотоиллюстрациями:

«Я хочу показать вам чудо, находящееся всего в получасе езды от Мон-Сен-Мишеля, однако почти неизвестное за пределами округи. Это произведение искусства не обладает такой уж художественной ценностью и не освящено древностью. Толпы туристов сюда не наведываются. Всякий раз, когда я там бываю, скучающий кассир радуется, что кто-то пришел, и охотно рассказывает мне историю, которую я неоднократно слышал.
А бываю я там довольно часто. Это поразительное место. Находится оно в бывшей рыбацкой деревне Ротенёф, которая сейчас стала частью города Сан-Мало.

Музей под открытым небом называется «Скальные скульптуры аббата Фуре».
В XIX веке жил себе в бретонской глуши сельский кюре Адольф-Жюльен Фуре (1839 – 1910). Служил в церкви: крестил, венчал, отпевал. Слыл красноречивым проповедником. Так он дожил до 54 лет, то есть до того возраста, в котором всякому-то человеку - по себе знаю - ужасно нравится проповедовать, а уж если профессия обязывает и благодарная аудитория в лице паствы имеется, то это просто счастье. И вдруг с аббатом случилась страшная беда. Он сначала оглох, а затем лишился речи. Нести слово Божье он больше не мог, и жизнь утратила всякий смысл.

Уехав из родных мест, бедняга поселился в деревне Ротенёф, расположенной в суровом краю, на семи ветрах, над высоким и скалистым берегом. Там безъязыкий старик изо дня в день ковылял меж утесов. Чем-то громыхал, пропадал целыми днями.

Глухонемой проповедник

Оказалось, что он вырезает на каменном склоне изваяния. Никто аббата не учил этому искусству, он как-то приноровился сам. Долгое время странная причуда инвалида ни у кого не вызывала интереса. А когда тринадцать лет спустя Фуре перестал стучать резцом, потому что совсем состарился и одряхлел, оказалось, что он создал настоящее чудо: на крутом, почти отвесном утесе высечено более трехсот скульптур. Они занимают пятьсот квадратных метров.

на фото: Изумрудный берег

С одной стороны вечно сердитые волны и неутихающий ветер, распластывающий по земле грубые кустарники.
С другой – обрыв. Во время прилива вода поднимается выше, чем на десять метров. Крутой скос берега покрыт бугристым каменным панцырем, на первый взгляд похожим на застывшую лаву.


Начнешь приглядываться – а это никакие не бугры.

То неожиданно проступит чье-то лицо:

То увидишь притаившегося (не очень страшного) змея:

То какого-то безмятежного мертвеца:


Из брошюрки можно узнать, что аббат изобразил историю хищного семейства разбойников и контрабандистов, когда-то живших на этом берегу. Но эта фольклорная информация ничего не прибавляет к ощущениям. А они сильные.


Это очень одинокое, пустынное место. Представляешь проповедника, у которого шестикрылый серафим вырвал его грешный язык, однако взамен не вставил в разверстые уста жало мудрыя змеи, а оставил безгласным.

(автограф аббата Фуре, 
1905 год)

Но проповеднику есть что сказать людям. И он говорит, говорит, говорит. При этом каждому своё.

Например, мне он объяснил, что не следует бояться несчастий, потому что всякая беда, которая может с тобой произойти, станет благом, если только не впадать в отчаяние и не предаваться жалости к себе.
Если тебе нужно сделать что-то важное – сделаешь. Если тебе есть что сказать – скажешь. Еще красноречивее и долговечней, чем словами.
Вероятно, если вы заедете в Ротенёф, аббат прочтет вам проповедь о чем-то другом, важном для вас».

* * *
Поразительная история, очень красиво и романтично написал уважаемый ГШ. Правда, не стану вслед за ним утверждать, что с возрастом так уж всем поголовно свойственна тяга к проповедям и поучениям. Бывает наоборот; мне, например, с годами что-либо доказывать и спорить кажется всё глупее и бессмысленнее, трата времени.

Так что можно пофантазировать и допустить, что аббат был моего поля ягодой и вполне мог обойтись без поучений. Возможно, ему было важнее выплеснуть теснившиеся в воображении мифические и прочие образы, недаром авторы статей начала века отмечают врожденную склонность аббата к уединенности и мечтательности.

Разумеется, я не могла не разыскать — хоть попытаться — подробности о жизни такого необычного человека. Потребовалось время и усидчивость; я вознаграждена — не так много, но кое-что нашлось (могло быть больше, помехой незнание французского).


Аббат успел вкусить славы при жизни — к месту его фантастического Музея под открытым небом стекалась масса любопытствующих. Были выпущены тысячи открыток с портретом аббата-ваятеля и видами его творений. Кстати, у него был помощник — имя, к сожалению, выяснить не удалось.

ГШ использовал яркий оксюморон: глухонемой проповедник!
Но меня лично более всего поразили две вещи: во-первых, врожденный дар аббата. Ведь скульптуре он нигде никогда не обучался, а пользовался самыми примитивными подручными материалами и инструментами...
И второе: сила духа, питаемая, очевидно, глубочайшей верой, благочестием, благородством. Не отчаяться, не взбунтоваться (обычное в периоды бедствий вопрошание: «За что МНЕ всё это?»), не сгинуть в бездеятельности, опустив руки от постигшего недуга. Превозмогая частичный паралич, лишенный на склоне лет речи и слуха (даже не пытаюсь представить, каково это) — каждый день упорно создавать своё монументальное полотно, помогая Природе, вычищая намеченные ею контуры лиц, освобождая из камня и дерева фигуры... Непостижимо. Очень напоминает японский характер: стоицизм, перфекционизм, трудолюбие, полное погружение в кропотливое выполнение работы (которая окружающим может показаться нелепой). Чем не дзэн-медитация? Повседневное служение в действии, духовные вериги, сосредоточенность на деле — на одном-единственном занятии, не допускающая смущения духа, не оставляющая времени и сил для уныния и жалости к себе...

Мой фаворит среди фигур, вытесанных аббатом - морская коровка:

За более чем столетие отлично сохранилась, несмотря на время и силы природы, неумолимо разрушающие экспонаты Музея под открытым небом:

А так называемое искусство посторонних, к которому относят работы Фуре, заслуживает отдельного упоминания - любопытнейшее явление, один список Notable outsider artists чего стоит.

фото-источники: 1; 2; 3
Мои переводы статей об Аббате Фуре и его работах

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...