Sunday, September 13, 2009

Жозе Сарамаго «Перебои в смерти»/ José Saramago As Intermitências da Morte (2005) / Death with Interruptions

Читаю «Перебои в смерти», "историю – неправдоподобную, но правдивую".

Из предисловия переводчика к книге:

"С упорством, не достойным лучшего применения, лауреат Нобелевской премии 1998 года Жозе Сарамаго, давно разменявший девятый десяток, занимается одним, в сущности, делом – он, будто следуя призыву Александра Блока, стирает «случайные черты», только мир от этого становится не прекрасен, а, пожалуй, еще гаже и ужасней, чем в действительности.
О словах – разговор особый. Ни одного из них Сарамаго «в простоте не скажет», ибо для него слова – не столько строительный материал для создания образов, для выражения идей, сколько особый, независимый и отчасти даже враждебный мир, живущий по собственным законам, движимый по нарезанным бог знает когда – и главное, кем – колеям могучей силой инерции. С нею Сарамаго ведет постоянную борьбу, а вернее – тотальную войну, корежа, расплющивая, взламывая то, что принято называть «устойчивыми словосочетаниями» – нет в этом мире ничего устойчивого. Оттого и пестрят страницы его книг, написанных за последние двадцать лет, такими – иначе не скажешь – пассажами: «Он не то что был задет за живое – он был в это живое тяжко ранен…», «Как отпустить мальчика одного на ночь глядя, а поглядеть есть на что – кругом война да резня…», «…да не она испытывала страдания их, а они ее испытывали…», «как это – несолоно хлебавши? – вдосталь и досыта нахлебались они горько-соленого, как океанская вода, разочарования».
Александр Богдановский

Естественно, после подобной рекомендации со стороны переводчика – не могла не взяться за книгу. Кстати, перевод просто потрясающий! Автор может быть счастлив, обретя такого талантливого "толмача" ("у переводчика - солдатские добродетели: храбрость и скромность") для своих произведений.

Читая, поражаюсь очевидному: насколько извращено существование человека, человеческая природа, её суть. Ведь мы, единственные из живущих, живём, зная о смерти! Психика, нутро вынуждены мимикрировать, изламываться, подстраиваться – чтобы существование было возможным, чтобы не свихнуться от нутряного ужаса.

"Пить хотите, спросила замужняя дочка. Не пить, а умереть. Сами ведь знаете, что доктор сказал – это невозможно, смерти больше нет. Ничего не смыслит ваш доктор, с тех пор, как мир стал миром, всегда отыщется в нем время и место умереть. А сейчас нет. Не нет, а да. Папа, не волнуйтесь, а то жар начнется".

«Поток сознания», в форме которого написан роман, добавляет диалогам изысканного сарказма или - по ситуации - горького комизма. Несколько цитат:

Виноват, ваше высокопреосвященство, боюсь, я не вполне улавливаю нить. Тогда слушайте, господин премьер-министр, в оба уха: без смерти нет воскресения, а без идеи воскресения нет религии. Вот дьявол. Что-что, простите, я не расслышал, повторите, пожалуйста.

Ладно, я согласен. За четыре недели вперед, если вас не затруднит. За четыре. Что ж вы так кричите-то: ваш случай – особый, мы же вам объяснили, что обеспечить безопасность – дело не дешевое. Наличными...

О первом заседании смешанной комиссии можно сказать все, кроме того, что оно прошло успешно.

И как же называется ваша организация, поинтересовался чиновник. Кое-кто называет нас маффия, через два «ф». Почему через два. Чтобы отличаться от классической, которая пишется с одним.

Оппозиция совсем остервенеет – начнутся вопли, что мы продали страну бандитам. У них принято говорить не «страна», а «держава». Тем хуже.

Несмотря на мрачный предмет романа, подчас каталась со смеху – например, читая отрывок про «лягушке лапку лубенить». К сожалению, в это время находилась в метро, так что громко засмеяться постеснялась.

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...