Thursday, December 06, 2007

постоянство веселья и грязи

Затосковав по красивой русской речи, обратилась к вечному. Читаю Пушкина. Причем, в "книжном", - настоящем! - варианте: мягкий бархатный переплет, прекрасная бумага, иллюстрации...
Трогательная архаика речи. Реалии жизни, кажущиеся невероятными.
Позабавила и почему-то запомнилась мелочь, одно из многих подтверждений факта, что человек, его природа – постоянны, неподвластны – в отличие от языка или бытовых реалий - никаким изменениям.

Долго стоял он неподвижно, наконец увидел за обшлагом своего рукава сверток бумаг; он вынул их и развернул несколько пяти и десятирублевых смятых ассигнаций. Слезы опять навернулись на глазах его, слезы негодования! Он сжал бумажки в комок, бросил их наземь, притоптал каблуком, и пошел... Отошед несколько шагов, он остановился, подумал... и воротился... но ассигнаций уже не было. Хорошо одетый молодой человек, увидя его, подбежал к извозчику, сел поспешно и закричал: "пошел!.."
Пушкин, «Станционный смотритель» (1830)

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...