Thursday, July 26, 2018

в нашем городе дождь... / rain in Kiev

Пишет Игорь Соловей:
На самом деле мы должны хотеть такого дождя каждый день на протяжении месяцев. Ведь с этого будет профит:
- Торговля с переходов станет невыгодным делом, товар то и дело будет заливать. Значит переходы можно будет расширить и очистить от всего этого "холестерина".
- Каждый день "полная ванна" на Левобережной, на Шулявке, на Дорогожичах приведет к тому, что через месяцок другой, до наших чиновников допрет, что пора бы почистить и расширить городские сливные системы.
- Окончательно размоет остатки всех аварийных мостов, и их наконец-то начнут реконструировать. Надо будет только потерпеть.
Что не сделает Кличко, то сделает дождь. Кто за дождь в мэры Киева? Я за!

Wednesday, July 11, 2018

Thailand cave rescue - Meditation helped boys survive terrifying ordeal

Meditation led by coach helped boys survive terrifying ordeal, family say

The 12 Thai boys and their football coach who were trapped in a cave in Thailand for more than two weeks, got through the ordeal by practising meditation, family members have said.
“Look at how calm they were sitting there waiting. No one was crying or anything. It was astonishing,” a mother of one of the boys said.

The coach who was rescued from the cave on Tuesday, trained as a Buddhist monk for 12 years before he decided to coach the Wild Boars soccer team.
He could meditate up to an hour. It has definitely helped him and probably helps the boys to stay calm.

- source

* * *
The 12 Thai boys and their football coach have finally been rescued after 17 days underground.

Dripping water, birthday snacks and meditation all helped keep the team alive until divers eventually reached them.

The team originally entered the cave complex when celebrating one of the boy's birthdays. The other boys reportedly banded together to buy snacks for his birthday, and it is thought these snacks helped sustain them after getting trapped in the caves.
Their coach, Ekapol Chantawong, reportedly refused to eat any of this food so the boys would have more for themselves, leaving him the weakest when divers eventually found the team on 2 July.

The team had to handle the total darkness of the cave, without any awareness of time or of the massive search efforts to find them.
The efforts of their coach, nicknamed Ake, may have been instrumental in keeping them calm.
Formerly a Buddhist monk before turning to football, Ake taught the boys meditation to help them handle the stress. He used these meditation techniques to calm the boys, but also to make sure they used "as little air as possible" in the cave.

- source

* * *
UPD
Eleven of the boys who were recently rescued from a flooded cave system in Thailand ordained as Buddhist monks on Wednesday [July 25]. After a week in the hospital, the boys and their coach spoke at a press conference on July 18th about their experience in the cave and their plans for temporary ordination. It is not unusual for boys in Thailand to become ordained as novices or samanera, meaning “little contemplatives,” for a short time. The soccer team’s monasticism will be a tribute to Saman Kunan, a former Thai Navy Seal who died during their rescue operation.

Some kids might ordain for a day and dedicate the merit to their parents.

During their temporary ordination, the boys will take the following ten precepts, Thanissaro Bhikkhu explains:

• No killing
• No stealing
• No sex
• No lying
• No intoxicants
• No eating after noon or before dawn
• No ornamenting of the body and no using of scents
• No going to shows or listening to music
• No using high, luxurious beds or seats
• No accepting money

- source

Japan reels from its worst flood in decades

Japan is still reeling from one of its worst flooding disasters in decades, which has killed at least 179 people and left 70 missing.

Torrential rains triggered landslides and floods in central and western areas. More than 8 million people have been ordered to evacuate their homes.

About 300 people spent the night at the Okada Elementary School in Okayama prefecture, with many of them sleeping on blue mats in the school's gym.

One family sleeping there has had to send their young daughter away to live with relatives, after she became so distressed by the evacuation that she stopped eating.

The couple returned to their home on Monday to see what they could salvage, only to find their entire ground floor submerged.

"We can accept losing things like home appliances, but... it hurts that our memories are all gone," said Hiroko Fukuda.

There was one brighter piece of news when it emerged that a miniature horse had survived three days stranded on a roof before being rescued by aid workers when flood waters receded. Pictures of Leaf, a pet at an old people's home in the town of Kurashiki, had captured hearts around the country. Sadly her foal did not survive the floods.

source

Monday, July 09, 2018

Воздух и тот казался другим./ First day at large

источник: Первый день на свободе

23 мая 1949 года. Нина Бардина
Нина Бардина, 1921 года рождения, была арестована по доносу в 1942 году, приговорена к расстрелу, однако высшую меру наказания заменили на семь лет лагерей и пять лет поражения в правах [уголовное наказание, предусматривающее лишение определенных личных, гражданских и политических прав].


Решено было, что я буду жить у Ларисы — вольной лаборантки. Было очень странно ходить по комнатам ее квартиры, смотреть, как открыто лежат ножи и вилки, которых я не видела все семь лет. Вообще, переход от тюрьмы к воле, оказывается, тоже очень тяжел — для меня он оказался более тяжел, чем переход от воли к тюрьме…

В первый день, сидя за белой скатертью и взяв в руки столовые приборы, я рас­плакалась, руки мои задрожали. Никто не понимал, что случи­лось, но мне бы­ло невыразимо тяжело. Теперь, в этих мелочах, я только и понимала, чего же я была лишена все эти годы, какой я стала за это время, если вид вилки вызы­вает у меня слезы на глазах.

Меня встречали мои знакомые, поздравляли, а я стояла как каменная, не выра­жала никакой радости. Я не умела радоваться, разучилась, и теперь была как ново­рожденный ребенок, который не умеет глотать и даже сосать, он только тычется в грудь, а мать должна научить его этому, чтобы жить.

Вечером был накрыт стол, и все подняли бокалы с шампанским. Мне стало страшно… За столом мне вдруг показалось, что я во сне, и захотелось просну­ться. Я встала и пошла к двери, но упала, стала кричать и потеряла сознание. Когда я очнулась, то увидела около себя врача. Мне представилось, что я убе­жала из лагеря, я испугалась и просилась снова туда.

**
4 июня 1948 года. Павел Гусев
Павел Гусев, 1925 года рождения, был арестован летом 1941 года — после восьмого класса, когда ему еще не исполнилось 17 лет — за письмо к Сталину, которое он написал по просьбе соседа, с жалобой на невыдачу ссуды и других обещанных льгот добровольным поселенцам. При обыске у него изъяли газету «Московские новости» на немецком языке, учебник и тетради по немецкому. Приговорен к семи годам лишения свободы как немецкий шпион и участник антисоветской организа­ции.


...Спрятав письма, попрощался с друзьями и бегом побежал к проходной с хле­бом в узелке. А там меня ждал последний шмон. Вытряхнули все письма и бро­сили в печку. От обиды я чуть не заплакал. Обозвав охранников шакалами, поплелся от проходной на станцию. И в послед­ний день в душу наплевали. Вот так закон­чились семилетние страдания, когда я ни разу не наедался досыта, несколько раз был на пороге смерти, но организм побеждал. Удивительно! В лагерь привозили тысячами, а освобождали единицами… Несмотря на пере­житое, радость переполняла сердце. Отвык я от вольных людей. В вагоне я ехал какой-то отчужденный, стес­нялся разговаривать с людьми: вдруг спросят, кто я. На радостях купил килограмм печенья и все съел сразу.

Что им сказать и как отнесутся к бывшему зэку? Ведь считается, что зря в тю­рьму не сажают. Освобождение — это значит привыкать к другому миру лагер­ному «фраеру». После семи лет тюрьмы, лагерей, последовавших непосредст­венно за школьными годами, воля пугала меня…


**
28 апреля 1946 года. Ина Ильина
Ина Васильевна, 1899 года рождения, жена Ильи Герценберга, расстрелянного в 1938 году по обвинению в участии в контрреволюционной террористической организации. В апреле 1938-го была арестована; как член семьи изменника родины осуждена на восемь лет строгорежимных исправительных лагерей.


Я ждала этот праздник восемь долгих лет. Позади колючая проволока, вышки, громыхание цепей, сторожевых псов, обыски, авралы, подъем и проверки. И письма можно писать хоть каждый день!

Я переехала за зону в барак для освобожденных, пообедала в столовой для вольнонаемных и ушла в степь, к озеру. Пошла навстречу свежему весен­нему дню. Все мне казалось иным, чем вчера. Темно-синее озеро, подернутое мелкой рябью, золотистый камыш, степь, зеленевшая молодой травой, — все приобретало новое очарование. Воздух и тот казался другим. Я вдыхала его полной грудью — вольный воздух! Теперь я могу ходить куда хочу. Есть, пить, спать — когда захочу и сколько захочу! Какое счастье — обладать правом рас­поряжаться собой, своим временем, иметь желания!

Tuesday, July 03, 2018

I cheered Japan on loudly - World cup 2018

Felt the same...

* * *
When Japan’s Blue Samurai take on Belgium Monday (Jul 02 2018) for a spot in the World Cup quarter finals, fans nationwide will pack spots from bars to temples to cheer them on.

They are the undisputed underdogs against star-studded Belgium, but Japan weren’t even expected to qualify from their group after a chaotic and disappointing run up to the tournament.

The team’s surprise turnaround has delighted fans at home, with people determined to stay up and cheer despite a time difference that means Monday’s game starts at 3:00 A.M. Tuesday morning local time.

Hikaru Sasayama, also a university student, was planning to watch at a public viewing at a movie theatre, dressed from head to toe in Japan’s strip.
I’m afraid Belgium are stronger as they are faster and taller than Japan, but I want to cheer them on loudly from the theatre,” Sasayama said.

source

* * *
World Cup 2018: Heartbroken Japan fans clean stadium in tears after last-gasp loss to Belgium

After going up 2-0 in an enormous upset bid, Japan gave up the next three goals, including Belgium's game-winner in the closing moments. The 3-2 loss ended Japan's World Cup run.

On Monday (July 2 2018), despite the painful loss, the Japanese national team stuck around to give their fans the ovation they deserved. The fans, in return, showered cheers on a magical tournament run.

Through the three group stage matches, Japan fans have stayed late to help stadium workers pick up trash in the stands. The tremendous show of respect continued even after Monday’s Round of 16 loss to Belgium.

source

Monday, July 02, 2018

За что не любят Киев/ Kiev Unexciting



Фрагменты, источник:

• В обустройстве города раздражает то, что его не обустраивают. Парки чахнут, дороги разваливаются, мусорных контейнеров мало.

Правда, тут проблема обоюдная – чиновники толком ни черта не делают, а киевляне тем временем плюют мимо урн, паркуются по методу Пояркова [пришлось погуглить, кто это: «Художник Сергей Поярков был в числе главных активистов Автомайдана, но после победы революции он не изменил своим привычкам и продолжает нарушать ПДД» (статья); славится хамским стилем парковки] и не осознают, что жизненное пространство, которое можно и нужно обустраивать – это не только собственная квартира, но и подъезд, улица, город.
 
И вот когда чиновник поймет, что на работе нужно работать, а киевлянин осознает, что красить стены можно не только у себя дома, но и, например, на этаже – тогда и заживем.

• Как автомобилисту мне не нравятся половинчатые реформы парковок: новых не строят, а старые закрывают. [О подземных парковках только мечтать... - Е.К.]
Как пешеходу мне не нравятся плохо оборудованные парки и скверы, в которых что не уютный уголок — «наливайка» или точка по продаже шаурмы.

• Невыносимо бесят четыре вещи: МАФы**, машины на тротуарах, хаотичность общественного транспорта и то, как портят фасады зданий сами жильцы домов.
[**Снова пришлось погуглить. МАФ (Малая архитектурная форма), небольшое сооружение декоративного, вспомогательного или иного назначения, который используется для улучшения эстетического вида общественных мест и городских объектов, организации пространства и дополняет композицию зданий, их комплексов. - статья]

Я не автомобилист, и мой город очень часто враждебен ко мне как пешеходу. Чтобы перейти дорогу по пути к метро в моем спальном районе, мне нужно преодолеть совершенно немыслимо устроенный перекресток. Чтобы пройти по тротуару пару кварталов от остановки маршрутки к работе, я вынуждена выходить иногда на проезжую часть, потому что оставленные на тротуарах машины не оставляют мне даже 10-20 см.

Проблема общественного транспорта — это в общем-то продолжение предыдущего пункта. Если ты без машины, то комфорт при передвижении по городу тебе, видимо, ни к чему. Изобретать велосипед не нужно, все европейские столицы, в которых мне доводилось бывать, имеют удобную и понятную систему общественного транспорта. Нужно просто перенять опыт.

Что касается фасадов, то очень может быть, что процесс необратим — слишком многое испорчено.
В некоторых [зарубежных] городах существуют жесткие запреты на какие-либо изменения фасадов в историческом центре.
У нас — кто во что горазд.

• Ненавижу в Киеве две вещи — наплевательское отношение к парковым зонам и настоящий хаос с парковками. Если в центральной части города за зонами отдыха еще хоть как-то ухаживают, то стоит уехать хоть немного вглубь, и любой парк будет напоминать постапокалиптический лес.
Где кроме неухоженных деревьев вас будут ожидать бетонные фонарные столбы со спиленными фонарями, а также разбитые дорожки и фонтаны. «Лечение» у этой проблемы комплексное: и зарплаты нужно поднять хозяйственным службам, и людей на работу набрать толковых, и следить за выполнением работ надо, и главное — не воровать выделенные на ремонт и уход деньги. А это возможно только установив прозрачный общественный контроль за финансовыми потоками.

Автомобиль занимает слишком много общественного пространства, которое принадлежит не его владельцу, а каждому жителю города.
В Киеве количество машин за последние лет 10-15 увеличилось в несколько раз, а ни одного муниципального паркинга так и не построили. Здесь нужно действовать методом «кнута и пряника» — с одной стороны, закрыть или ограничить въезд в центральную часть города, оградить столбиками пешеходные зоны, запретить парковаться на дорогах и тротуарах, взвинтить штрафы за парковку в неположенном месте и создать муниципальную полицию, которая будет следить за выполнением новых норм.

А с другой — построить паркинги в достаточном количестве и в правильно выбранных местах, стимулировать пользование общественным транспортом, сделать выделенные полосы для него, развивать городскую транспортную систему.

• Раздражает отсутствие велоинфраструктуры и нежелание местных властей качественно развивать транспортную инфраструктуру города в целом. Украина вообще находится вне общемировых урбанистических трендов.

Чтобы решить эту проблему, люди из власти, ответственные за городскую инфраструктуру, должны пересесть с автомобилей на общественный транспорт и велосипеды. Но тут мы сталкиваемся с очередной ментальной проблемой – в нашей культуре материальное богатство многие считают признаком успеха, и если ты не купил автомобиль, то ты неудачник, который должен ездить на общественном транспорте.

Раздражает реклама. Огромные рекламные растяжки на исторических зданиях в центре. Должны быть приняты законодательные акты, регламентирующие места размещения рекламы – очень важно сохранить «лицо» города.

* * *
Из ЖЖ (январь 2010):
Я ненавижу этот засраный, загазованый, утыканый уродливыми киосками,
бесполезными торговыми центрами и безвкусными новостройками,
вечно торчащий в пробках город.
Я ненавижу свой родной и любимый город...
Я умираю в нём. Я умираю вместе с ним...

Я обожаю Киев и ненавижу одновременно. Обожаю по одним причинам, а ненавижу совсем по другим. Этот пост я написал, "стоя" третий час в маршрутке в пробке... опоздал везде куда только можно, подвёл кучу людей.... Киев убил 2 часа моей жизни.

* * *
«Неинтересный Киев», ФБ страничка:
Это проект, посвященный тем, кто любит родной город таким, каким хотелось бы его видеть.
Тут вы найдете всё, чем Киев НЕ отличается от тысяч других постсоветских городов.
Мы циники, небезразличные к деталям.

Идиотская реклама - отдельная богатая тема.

Thursday, June 28, 2018

С праздником, родные киевляне/ Dangerous air pollution in Kiev

Киев, центр, Печерский район – что за вонь горелым мусором? UPD (погуглив): А, похоже, небезопасное для здоровья зловоние в украинской столице - обычное дело...

Предыстория:

• Жителей Киева по ночам атакует вонь (2015) - статья

В пробах воздуха, отобранных в жилых квартирах на Оболони и в Святошинском районе Киева, определено превышение среднесуточной предельно концентрации ангидрида сернистого.
Специалисты добавляют, что ангидрид сернистый, которым мы дышим, сильно раздражает глаза, дыхательные пути и легкие. Может вызывать отек и приводить к спазму голосовой щели.

• Странный смог и запах гари озадачили киевлян (17 января 2017) - статья

• Вторые сутки столицу окутывает густой туман, а киевляне жалуются на запах гари, который особо ощутим на левом берегу и в центре.
За последние 10 лет случаи появления в столице смога участились в три раза. (январь 2017) - статья

• Киевляне жалуются на дым и запах гари в разных районах столицы (2017) - статья

• Киевляне жалуются на резкий запах гари (сентябрь 2017) - статья

• Правый берег Киева окутал загадочный дым (ноябрь 2017) - статья
В Киеве в Соломенском и Оболонском районах образовался дым и появился запах горелого. Также запах гари присутствует в Оболонском районе Киева.

• Киев и область. Что за вонь? чем нас опять травят? (24 марта 2018 в 23:11) - форум

• Устойчивая вонь в воздухе напугала киевлян: стали известны причины (март 2018) - статья
21 марта на территории Киевского радиозавода в Дарницком районе при вывозе с территории бочек пролилось неизвестное химическое вещество. В результате утечки отходов — в воздухе устойчивый неприятный запах.

• Запах гари в Киеве ощущается в Подольском, Святошинском и Соломенском районах столицы. Смогом и дымом затянуты жилмассивы Виноградарь, Ветряные горы, Куреневка.
Задымление на Виноградаре потому, что на территории одного из предприятий горит свалка. (май 2018) - статья

• На территории одного из агрокомбинатов на улице Маршала Гречко, 24 в Подольском районе Киева горел мусор. (май 2018) - статья

Wednesday, June 27, 2018

DW documentary: Relationships, love, and sex are becoming rare in Japan

Porno-mangas, sexless marriages, & life-sized rubber sex dolls - interesting Deutsche Welle (Eng.) documentary about love-life in modern Japan.

***
Manga heroines instead of real women: relationships, love, and sex are becoming rare in Japan. The social impact is enormous: birth rates are so low that the Japanese population could plunge by one-third by 2060.

No romantic relationships, no sex and no children: why are the Japanese increasingly turning their backs on love and sex? One reason is that life in Japan is very stressful. Long work hours, intense pressure to succeed and a high cost of living aren’t the best backdrop for love and romance. Instead, an entire industry in Japan has arisen to capitalize on loneliness - solo weddings, for example. Young women dress in white wedding dresses and pose for the camera - but without getting married. Japan is also a world leader in the production of pornographic films. Many men seem to prefer manga heroines to real women. Japanese men and women are increasingly unable to find ways to meet and get to know each other. It’s no wonder that flirting and seduction classes are booming.

source; watch video

Monday, June 25, 2018

И запросто, словно оладьи, Ненужные вирши пеку/ Poet Zoya Ezrohi (1946-2018)


...Я буду петь кошачьи ушки,
Дома, деревья, но не БАМ.

Из тетради 5 (1978 – 1980)

Зоя Евсеевна Эзрохи – поэтесса, член Союза писателей Санкт-Петербурга.

Вот что пишет о себе автор:

Родилась 21 июля 1946 г. в Ленинграде.
Мать была моим единственным литературным руководителем и первым критиком.

Я окончила Ленинградский химико-технологический техникум им. Менделеева. Работала лаборантом, потом техником, потом инженером в ГИПХ – 20 лет в химии, на вредной ненавистной работе.

Подрабатывала на разных «непрестижных» работах: уборщицей, посудомойкой, окномойкой, почтальоном, подсобницей на Ломоносовском фарфоровом заводе и на Мебельной фабрике и т.п.

1987-1997 – пенсионер по инвалидности, сейчас – пенсионер по возрасту (льгота). В последние годы жила с семьей на свою торговлю – торговала игрушками и пр. у метро, потом на рынке. Слабый росток моего бизнеса был скошен жестоким серпом августовского кризиса 1998 года.

В 1981 году я сменила фамилию на «Буркова» (жить с такой фамилией стало легче), но продолжаю печататься под девичьей фамилией.

Сейчас проживаю с младшим сыном и восемью кошками.

С 1991 г. – член Союза писателей Санкт-Петербурга.

Публиковалась в периодике: в журналах «Нева», «Юность», в альманахе «Молодой Ленинград» (1990), «День поэзии» (1990) и др. (стихи немилосердно переделывали в доперестроечных редакциях). В «Континенте» (1987 № 53).
Важнейшие публикации: сборник «Зимнее солнце» в кассете «Октава» (Сов. пис., 1990), книжечка «Кошачья переписка» (СПб, 1993), сборник «Шестой этаж» («Водолей», 1995), подборка в газете «Смена» (1993) в рубрике «Поздние петербуржцы» и в альманахе, составленном по этой рубрике.
На публикации было довольно много откликов в печати – в нашей и за границей, в основном благосклонных.
В 1999 г. вышла моя книжечка «Ослиные уши царя Мидаса». Это не стихи, но и прозой тоже затруднительно назвать – «заметочки».

Все опубликованное – малая часть написанного. Каждая публикация – горькая уступка обстоятельствам. Мои стихи – это на самом деле одно большое произведение, большой цикл стихов, которые надо издать все подряд.

источник

* * *
Радио Свобода, июль 2017:

На своей страничке Зоя Эзрохи старательно перечислила все, чем занималась в жизни ради хлеба насущного.
И все это время Зоя писала стихи – во всех этих цехах, на всех этих рынках, стихи, кого-то восхищавшие, а кого-то возмущавшие.
«...Дважды по радио незнакомые мне люди называли меня любимым поэтом... И в то же время мои стихи не раз подвергались яростному неприятию. Особенно в советское время. На публикацию стихотворения "Я – посудомойка" в журнал "Юность" пришли и добрые и возмущенные письма. Даже от вроде бы своих читателей мне приходилось вдруг слышать: "Почему у тебя так мало стихов о Родине?" или "Слишком много о кошках". Как будто объявлен лимит – столько-то можно писать о кошках, а вот о "большой любви" и прочих высоких материях можно писать нерегламентированно».

Я — посудомойка

Ныряют в теплый океан
Тарелки, ложки... Но сначала
Тарелку, ложку и стакан
Я принести должна из зала.

А в зале — скользкие полы,
Посуды звон и лиц круженье,
И люди, стулья и столы
Мне затрудняют продвиженье.

Но я петляю, как в лесу,
С небрежной грацией вакханки
И тряпку мокрую несу,
И полощу ее в лоханке.

Я вижу стол. Он говорит:
«О, горе мне! Я залит щами
И макаронами покрыт
И им подобными вещами.

Стаканов грязных миллион,
Тарелки, крошки, вилки, ложки...»
Так горько жалуется он,
Ко мне протягивая ножки.

Я подхожу. Нет, я не трус:
Я оценила обстановку
И вот уж маленький Эльбрус
Сложила весело и ловко.

Крутая хрупкая гора,
Угроза звонкого обвала
Стояла смирно — так добра! —
Покуда стол я вытирала.

Затем, как в цирке, ловкость рук
И никакого нет обмана —
Несу тарелок 20 штук,
15 ложек, три стакана...

Я ухожу. А за спиной
Сверкает стол преображенный.
И чей-то взгляд летит за мной
И чей-то шепот восхищенный.

* * *
Я — словно глупый, глупый страус:
От непонятной злой тоски
Все спрятать голову стараюсь
В стихов сыпучие пески.

Лицом в песок — смешная поза!
Спасла я очи и уста.
Но щиплет каверзная проза
Незащищенные места.
(Из тетради 2, 1972 – 1974)

У Зои выходили книги – «Зимнее солнце», «Шестой этаж» и самая главная для нее – «На всякий случай», где собрано все, что она сама хотела: и стихи, и пьесы, и немного прозы, и фрагменты переписки с друзьями, и пародии. Этой книгой она очень дорожит – потому что впервые ей удалось подержать в руках не обычный тоненький поэтический сборник, а именно то издание собственных текстов, о котором она давно мечтала.

Сейчас Зоя Эзрохи очень больна – и все же она согласилась рассказать о себе. Она говорит, что уже давно перестала думать о стихах.

– Я просто устала. Ведь кем я только ни работала – всякими уборщицами, и семь лет на рынке отстояла, ездила за товаром в Лужники ночными автобусами. Но тяжелее всего было писать стихи на заказ – поздравления, рекламу. У меня получалось хорошо, но как это тяжело! Это такая ответственность, так страшно подвести людей. У меня хорошо получалось, мои дети даже спорили, что мне скажут – «прекрасно» или «чудесно». Но я писала по ночам и от усталости теряла сознание, в общем, врачи мне это запретили. Так что я от стихов устала. И потом, мне иногда до сих пор пишут, случается, и когда хвалят – мне очень обидно, это меня не радует, а расстраивает: хорошая работа осталась неоцененной, невостребованной. Я перечитываю свои стихи – хорошие. Но если бы не хвалили, я бы так и думала – мало ли непризнанных гениев, которых никто, кроме них самих, не понимает. Но когда хвалят – очень обидно.

* * *
Видеть в мире море горя,
Часто плакать и молчать...
Мне ль, великим людям вторя,
Зло и подлость обличать?
Из тетради 3 (1974 – 1975)

– Зоя, а с чего все началось, когда вы стали писать, ходили ли какие-то ЛИТО к известным поэтам?

– Ну, года в четыре первый раз что-то сочинила – как все. А ни о каких ЛИТО я до 26 лет вообще не слышала, ни о литературных институтах – что такие бывают. Когда я впервые увидела свои стихи напечатанными – я была потрясена, бегала с этим листочком. Это я подумала – вдруг напечатают, и я деньги получу – вечно денег не хватало. Прошлась по редакциям, но нигде свою тетрадку из рук выпустить не могла, стеснялась. А в «Авроре» была такая Лидия Гладкая, она из меня буквально вынула стихи, похвалила. Но главное, кого я вспоминаю, это Нину Альтовскую, она, кажется, в Союзе писателей была приставлена к молодым поэтам, и вот, она и стихами завладела, и слова нужные сказала.

Помню, я к ней прихожу, она отодвигает кучу каких-то стихов и читает про мою собаку Альму и смеется: «Что делать, я от этого больше удовольствия получаю, чем от всех этих гениев». А я только такие, домашние стихи писала, для своего круга. Поэт Глеб Семенов, замечательный педагог, сидел в той же комнате, и она ему, наконец, сказала – есть такая Зоя Эзрохи, стихи хорошие, но она только о своей собаке пишет. Он почитал и позвал меня к себе. Ходила к нему, потом к Кушнеру меня позвали.

Но я думаю, что если есть в моих стихах что-то хорошее, то это маме надо спасибо сказать, а к ним я попала уже сложившейся. И Семенов при всей своей мудрости и педагогическом таланте тоже пытался меня причесать, сделать, что ли, более печатной.
Как меня все уговаривали поменять фамилию на русскую, но я уперлась – не из национализма какого-то, а просто из упрямства. И стихи мои потом переделывали так, что мать родная не узнает, и к фамилии как-то в журнале «Нева» приставили «-на» – «Эзрохина». Но это не спасло, все равно их печатать не стали. Там такой Игорь Михайлов поэзией заведовал, вот он выходит из кабинета главного редактора обескураженный – хотел ему показать, смотрите, как она про грибы пишет, а тот как закричит – «грибы, грибы, не там она темы ищет!» Это было тогда в порядке вещей – «паровозы» всякие в начале сборников – идейные стихи, чтобы за ними напечатать остальные. Страшно сказать, даже у Ахмадулиной они были. А у меня никогда ничего подобного не было. Я пыталась, но не сумела – у меня просто не идет такое.

* * *
Свобода

Тяжесть платья и плоти
Мне мешает в полете.
Скинуть, скинуть бы эти
Цепи, плети и клети!

В вечном лете на свете
Мчать, как в мотоциклете!
А когда надоест,
Лечь на облако томно
И бездумно, бездомно
Мягко реять окрест.
Из тетради 4 (1975 – 1978)

– Зоя, а если с [официальной] печатью ничего не выходило, почему же вас не было в андеграунде, в подпольной литературе?

– Я очень не тусовочный человек. Ссорилась, с кем не надо, очень глупо себя вела. Но вот поэт Эрль передал мне, что мои стихи очень понравились Константину Кузьминскому, это культовая фигура, создатель нескольких сборников андеграунда. Мы с ним подружились и два года запойно переписывались. Половина моего сборника должна была войти в его сборник «Зеркало», но этого не случилось – вероятно, из-за моей «нетусовочности». Не знаю, не везло мне, тут и лень моя, наверное, тоже роль сыграла. И все лучшие мои стихи ни по радио читать нельзя, ни печатать.

* * *
...Смотри — открываю тетрадь я
И вновь начинаю строку,
И запросто, словно оладьи,
Ненужные вирши пеку.

* * *
Я исписалась. В лирике моей
Две основные линии найдете.
Две темы, два несчастья, двух друзей —
Любовь к котам и нелюбовь к работе.

* * *
— Вы милы и застенчиво— робки,
И в моей деревянной коробке
Вы устроитесь, как в колыбели,
И забудете все Коктебели...

От меня, потускнев, сердолики
Отвернули сердитые лики:
«Мы лишаемся солнца и моря,
И не ведаем большего горя...»
Из тетради 5 (1978 – 1980)

– Зоя, а что это за десятка стихов, которую вы упомянули?

– Ну, на самом деле там уже стихов 30, это любимые стихи. «Если я заболею, к врачам обращаться не стану» Смелякова, например, или его же «Хорошая девочка Лида». А есть и совсем неизвестные имена – поэтов, у которых по одному прекрасному стихотворению. Например, «Гроза» Петра Семынина мое любимое, его никто не знает, а это настоящая классика. Ходасевич, Цветаева. Набоков – «Расстрел». А вот Ахматову я совсем не люблю и не понимаю, мне кажется, у нее ни одной живой строчки нет.
Сама же я в последние годы просто запретила себе писать – стихи еще просятся, но я максимум рифму запишу, и все.

...У меня всегда были очень маленькие зарплаты, позорно маленькие. Первая работа в ГИПХе после техникуме, в Институте прикладной химии: это ночные смены, это вредные вещества, амидол – мы даже без тяги работали, безо всяких средств защиты, на ежегодных экзаменах нам говорили, что токсические свойства этих веществ не изучены. Пока я работала в этом цеху, там 8 человек от рака умерло. И первая моя зарплата была 62 рубля. Потом оказалось, что я и на пенсию-то могла уходить в 45 лет из-за этого амидола, но я этого не знала.
Никогда денег не было – но я ни в коем случае не жалуюсь. Жизнь, в общем, счастливая была. И как приятно, когда что-нибудь купишь, – правда, все время прирабатывать приходилось.

Я писала стихи в самые трудные времена. Одну свою маленькую поэмку я написала под дверями кабинетов детской поликлиники, и во время всяких тяжелых работ – уборщицей, подсобницей на мебельной фабрике, в самую запарку я сочиняла, это не мешает. Наоборот, когда я смогла не работать, вот тогда меня все это и покинуло.
У меня есть два самых лестных отзыва о моих стихах – один Кузьминского, а другой – торговки яйцами из нашего двора. Я ей книжку подарила, потом смотрю – и подруга ее такую же просит. Я говорю – «Надо же, я думала, стихи уже никому не нужны», а она говорит – «Что вы, такие стихи, как ваши, всегда будут нужны».

* * *
Женишься ты на душевнобольной,
Так и запомни.
Мне тяжело даже светлой весной,
Так тяжело мне!

Сколько я видеть умею вокруг
Муки и боли!
Плохо тому, кто со мною, мой друг,
Мне же — тем боле.

Если не может ничто изменить
Эту планету,
Что же нытья бесполезная нить
Вьется по свету?

Столько повсюду улыбчивых щек,
Личиков милых!
И почему это ты, дурачок,
Не полюбил их?

Так и живу я, так и живу:
В вешнем просторе
Вижу я сквозь молодую листву
Муку и горе.

* * *
Ночью в больнице

Проснусь, лежу. Не хочется вставать
И наклоняться к тапкам и халату,
И покидать скрипящую кровать
И спящую молчащую палату.

Но я иду в далекий туалет,
Как будто на соседнюю планету,
И тихий-тихий нереальный свет
Дорогу осеняет к туалету.

Я одинока в ласковой ночи,
Как одиноко судно в океане,
И крепко спят больные и врачи,
И медсестра на кожаном диване.

Вплываю я, подобно кораблю,
В приют конечный — тесный, безоконный,
И в грязном-грязном зеркале ловлю
Знакомый облик, встрепанный и сонный.

Как романтичен мой ночной поход
Качающимся длинным коридором!
Иду обратно. Облако плывет
Перед моим не слишком трезвым взором.

Любой предмет пленяет, как сонет,
Все закоулки тайною объяты,
И тихий-тихий нереальный свет
Меня сопровождает до палаты.

* * *
Кому не надоест атака за атакой!
Да, я доведена. Да, я разорена.
С двумя детьми, тремя котами и собакой
И тридцать восемь лет, и я совсем одна.
Из тетради 6 (1980 – 1986)

– А когда началась перестройка, пришлось торговать?

– Да, у меня и стихи об том есть. [...] Два раза меня судили – мы же бегали от милиции, нас ловили. У метро на Сенной площади было мое место работы, там куча людей стояло вдоль стен, выскакивал милиционер и хватал кого попало, потом всех отводили в комнатку, отбирали товар. Первый раз в милиции как-то поняли, что я одна, больная, с детьми, советовали, чтó в суде говорить, но вот в суде-то на это вообще не посмотрели. Я четыре раза была в судах – это фикция, а не правосудие.
[...] Все я прошла – и рэкетиров, и ворье.

[...] у нас и правда не всякий день был хлеб, иногда по три дня его не было. Были дни, когда мы жили под лозунгом «Едят только кошки». Помню, как мы с детьми, двумя мальчишками, стояли за минтаем огромную очередь в известном рыбном магазине на Невском.

[...] я издавала свои книги сама, хоть денег совсем не было. Я занимала, выкручивалась, но зато делала так, как я хочу, – меня никто не издал бы так, как мне надо. И я очень довольна, что успела хоть это сделать – издать книжку свою «На всякий случай». Она и в магазине продавалась, и по рукам расходится. Были такие приятные моменты, когда я видела в «Доме книги», как люди листают и покупают мою книжку. А однажды мы разговариваем с Людмилой Левиной, легендарной продавщицей Дома книги, подходит парень, меня отпихивает и протягивает чек: «Две Зои Эзрохи». Мы с ней так переглянулись…
Я знаю, что мой читатель шире того, что я имею, и мне обидно, что я до своего читателя не дошла. Не славы ради – пусть бы даже имя мое исчезло, но стихи бы жили – и вот этого не случилось.

Отрывки; источник; стихи добавлены мной

* * *
Из тетради 7 (1986 – 1990)

Пока, уколы, тумбочки, хирурги!
Мне дайте передышку, боль и страх.
Тоскуют пальцы по кошачьей шкурке,
Язык — по разговору о стихах.

* * *
Несчастья

Меня из жизни, словно пробку из воды,
Враждебная выталкивает сила.
Все — от большой беды до горькой ерунды —
Я слишком тяжело переносила.

А чуть очухаюсь, живу смеясь, смирясь,
Прожилки радости ищу в глубоких недрах,
Толкает вновь во тьму, туда, где боль и грязь,
Меня невидимый и изощренный недруг.

Ничем, ничем он не гнушается, плетя
Жестокие и хитрые узоры.
Болезни черные ползут ко мне, пыхтя,
И кошельки мои вытаскивают воры.

Стихия бед уж стала мне родной,
Как непогода для рыбацкой лодки,
И безнаказанно глумятся надо мной
Подонки, мне не годные в подметки.

Я все геройствую. Кричу, что не отдам
И милиграмм себя — судьбы проклятым тоннам!
Но волоком меня — по мукам, по судам,
Да по столам по операционным.

...
Земную жизнь пройдя на пять четвертых
В дешевых туфлях на ногах истертых,
Так много сил в дороге потеряв...

* * *
На смерть соседок по палате

1

За ней, наверно, не было грехов,
А добрых дел, наверное, немало.
Я ей прочла десятка три стихов,
И — господи! — она их понимала!

Но накануне праздничного дня
Проклятая непойманная птица,
Что где-то здесь под сводами ютится,
Ту женщину украла у меня.

Влетев, потусторонняя сорока
Вмиг выбрала колечко поценней —
Наталью Зюкову — и улетела с ней,
Улыбку милую стерев до срока.

Сервантес, Борхес, Маркес, Кортасар!
Так плачьте же, хоть вы ее не знали —
Она читала вас в оригинале,
Она была во власти ваших чар!

Наивный и отчаянный аскет,
В литературе слывший дон Кихотом,
С мечом и на коне летит вослед
Огромным смертоносным самолетам!

2
В. Кутузовой

Лежит огурчик, огорченный
Тем, что никто его не съест.
Весь натюрмортик — обреченный
На выброс. Не хватает мест.

Но вот увозят тело Вали.
Но вот уж тумбочка пуста.
Но вот постель ее застлали.
Входите, люди, — есть места!

Ей двадцать два. Из Краснодара.
Мила. Единственная дочь.
Стонала, билась, умирала
Весь вечер и почти что ночь.

На лицах наших: «Эй, не смейте,
В осатаневших облаках!»

За несколько часов до смерти —
Расческа, зеркальце в руках...

* * *
Когда я встречусь с кем-нибудь,
С кем начинала этот путь,
Он спросит: «Что с тобою сталось?»
Отвечу я одно: «Усталость».

* * *
Эмоциональный взгляд на карту Солнечной системы

Как! Этот слабенький кружочек —
Есть наша боль и благодать?
А стран — хотя бы в виде точек —
На данной карте не видать!

И мы — с религией, культурой,
Любовью, музыкой, войной —
Ничто на карте этой хмурой,
Никто в Галактике шальной!

Не то, что мельче инфузорий —
Нас просто нет, равны нулю.
Как я живу в таком позоре?
Как я Вселенную терплю?

Ведь если так — зачем, скажите,
Мы тут страдаем и творим?
Зачем сплошная цепь событий —
Шумеры, скифы, Древний Рим?

Зачем период ледниковый
И динозавры и потоп,
И наш порядок бестолковый,
И стойкость наших Пенелоп?

Зачем в различнейших науках
Мы были так умом востры
И в родовых стонали муках,
И восходили на костры?

Зачем, зачем же рифмой славной
Мой дух обласкан и согрет
И я, казалось, самый главный
Уже нащупала секрет?...

* * *
Не раскисай!

И в раковом корпусе стены трясутся от смеха...
О. Киреенко


Стены горестной тюрьмы
Не выносят мрака.
Три холеры, две чумы
И четыре рака!

В пересказыванье бед,
Вздохах, пересудах
Вдруг гремит безбожный смех
Женщин одногрудых!

У Тамары метастаз
Бродит под халатом,
А каким Тамара нас
Потчует салатом!

У Ирины каплет гной
Сквозь бинты и ватки,
Но подкрашенные хной
Волосы — в укладке.

Нам пока еще дано
Не менять привычек
И посматривать в окно,
И кормить синичек.

На исходе февраля
(Ветки, гомон, иней)
Ярче кажется земля,
Праздничней, наивней.

И синички тут как тут
К вящему восторгу.
И покойничков везут
К солнечному моргу.

* * *
Прихоть

Рожали нас — не спрашивали нас...
Л. Агеев


За что-то нам дана такая власть:
Безжалостно сюда мы вызываем
Тех, кто не мог ни вскрикнуть, ни упасть
И для страданий был недосягаем.

Безмолвие, незыблемый покой,
Столетия порхают как стрекозки.
Но вздрагивает кто-нибудь порой,
Далекой жизни слыша отголоски.

Незнание забвения милей.
Как разминуться с хищною судьбою?
А я, в угоду прихоти своей,
Дитя игрушкой сделала живою.

Собаку с кошкой — с улицы взяла,
Своей вины не вижу перед ними.
Но как я сына не уберегла
И обрекла носить людское имя!

И как его посмела вызвать я,
Окутав мозгом, телом, сердцем, кожей,
Из безопасного небытия
На этот свет кровавый белый божий!

* * *
...Творим в трамваях, видимся нечасто,
В очередях бессмертье обретем.
В потемках жизни некогда встречаться
И негде побеседовать путем.

Из тетради 8

...«Милый, как весело будет собраться
В сороковое твое рождество!
Люди не стоят свободы и братства,
ЛЮДИ НЕ СТОЯТ КРЕСТА ТВОЕГО!»

Все как и прежде — убийства и кражи,
Воздух незримый — и тот заражен.
И продается в ларьках и в Пассаже
Дева Мария большим тиражом.

* * *
. . .
Если б мне разрешили за тот перевал
Взять вещицу, что сердцу мила,
Я бы листик березовый, светел и мал,
Унесла, унесла, унесла...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

* * *
Посуда, посуда, посуда,
Мытье и мытье, и мытье...
Откуда берется, откуда
Берется так много ее?

...
Прости мне, посуда, прости мне
Пристрастие к жанру нытья.
Воспеть бы мне в ласковом гимне
Мытье как деталь бытия!

Посуду я мою покуда —
Есть, значит, семья и еда.
А чистая в доме посуда —
Вот это и вправду беда.

Из тетради 9 - Приведу здесь подборку из «Невы» (9, 2004)

Милует судьба меня, однако.
От меня Господь отводит лихо.
Я — не та облезлая собака,
Я — не та опухшая бомжиха.

У меня подруги и квартира,
У меня мурлычущие кошки.
Я, поторговавшись, отхватила
Славные китайские сапожки.

А еще (такая извращенка)
Я люблю дождливую погоду.

* * *
Дневники

Название «Дневник» — очень условное. Тут нет ни хронологичности, ни периодичности, ни какой-либо регулярности. Это просто описание некоторых произвольно выбранных событий, происшедших со мной или очевидицей которых я была. Печальное, трагичное — оставлю за кадром.

*
Серьезное, значительное мне кажется менее важным, чем несерьезное, незначительное. То ли такое мне присуще извращение, то ли я всегда подсознательно была приверженкой учения (теории? философии? кредо?):
В одном мгновеньи видеть вечность,
Огромный мир — в зерне песка,
В единой горсти — бесконечность,
И небо — в чашечке цветка.
У. Блейк (перевод С. Маршака)
Вот такие мгновенья, зерна и чашечки я и собираю.

- См. также: Стихи и дневниковые записи Зои Эзрохи о животных

Saturday, June 23, 2018

Україна лідирує серед країн Європи по забрудненню повітря/ Ukraine has excessively high number of premature deaths attributable to air pollution

Україна лідирує серед країн Європи по забрудненню повітря. Від цього кожного року передчасно помирає один із 1000 українців* (джерело дивись тут). Про це свідчать дані Інституту параметрів здоров’я і оцінки (Institute for Health Metrics and Evaluation) за 2017 рік. Система моніторингу чистоти атмосферного повітря дісталась Україні у спадок від Радянського Союзу. Крім застарілої технічної бази це означає і моральне відставання від світових тенденцій. Прогресивні країни зрозуміли, що найбільшу небезпеку для здоров’я становить так званий “аерозоль”, зважені тверді часточки в повітря розміром 2,5 і 10 мкм. Їх небезпека в тому, що часто вони містять важкі метали, а через свій малий розмір вони не затримуються в бронхах і альвеолах, а напряму всмоктуються в кров. В Україні моніторинг і контроль за кількістю таких часточок не проводиться. Таке поняття навіть відсутнє в нормативній базі.

Уряд України має прийняти необхідні закони та імплементувати Директиву 2008/50/ЄС про якість атмосферного повітря та чистіше повітря для Європи. Вона описує алгоритми, за якими має здійснюватись моніторинг. Так ми не лише будемо знати, наскільки наше повітря є брудним і небезпечним, але й що з цим робити.

Вчора в Запоріжжі Екодія провела семінар на тему промислового забруднення повітря. Його ціль – об’єднати місцевих активістів, щоб надати доступ до експертних знань та випрацювати спільні дії для боротьби за чисте повітря в Україні.

*
Схід України суттєво потерпає від забруднення повітря. У Запоріжжі, Кривому Розі, Дніпрі, Харкові та Маріуполі виникають громадські рухи, ціль яких – змусити промислові підприємства зменшити шкідливі викиди в атмосферу та відкрити доступ до реальної інформації про викиди на підставі незалежного та якісного моніторингу атмосферного повітря.

Джерело

Коментар на ФБ: Victor Gorban -
Олігархам не вигідний такий контроль, адже треба буде вкладати величезні гроші в сучасні системи очищення промислових викидів. Тому спостерігаємо, хто і як голосує в Раді за ці закони. До речі: закони приймає не уряд а Верховна Рада.

https://twitter.com/ecodiya;

https://www.facebook.com/ecodiya/

Див. також:
Ірина Головко: Не допустити повторення Чорнобильської трагедії

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...